Настя спешила по коридору, пытаясь сбросить остатки сна. В палату она влетела сразу за Алиной.
Богдан стоял у изголовья кровати на которой лежала пожилая женщина. Он внимательно изучал листы назначения. Настя, стараясь не шуметь, подошла к Богдану. Общий свет в палате не зажигали, чтобы не беспокоить остальных больных, свет давала только небольшая настенная лампа в зоне изголовья.
— Анастасия Игоревна, пациентка пожаловать на учащенное сердцебиение и высокий пульс, что можете сказать?—Богдан говорил тихо, оторвавшись от бумаг он внимательно смотрел на Настю.—Алина Евгеньевна, прошу вас подождать на посту. Мы скоро подойдем.
Настя посмотрела на женщину, бледное лицо в испарине, глаза прикрыты, дыхание затруднённое. Он взяла бумаги из рук Богдана.
Пациентка Алексея Ивановича. Перенесла эндоваскулярное протезирование, операция плановая. Мониторинг в палате интенсивной терапии показывал стабильные показатели, операция прошла успешно. После вмешательства были назначены бета-блокаторы и антикоагулянты. Все стандартно.
— Назначенные препараты дали сбой…Хотя дозировки подобрали, за последний день пульс и давление были стабильны.—Настя рассуждала в слух.
— Что послужило причиной?—стальной голос, Богдан хотел не рассуждений, а точных ответов.
Настя пробегала глазами столбики цифр, результаты анализов, историю назначений, корректировки, все по протоколу. Взгляд зацепился за уровень триглицеридов. В анамнезе, пациентка уже долгое время принимала бета-блокаторы, что привело к значительному повышению их уровня. Однако, по последнему анализу уровень снизился. Совсем немного, в рамках общей погрешности, но Настя это увидела.
— Странно…дозировку блокаторов увеличили почти вдвое, показатели триглицеридов должны увеличиваться, а они на дооперационном уровне, даже чуть ниже…—Настя задумчиво теребила выбившуюся прядь.
— Что нам это говорит?—мужчина был явно доволен Настиной внимательностью.
— Дозировка блокаторов понизилась…Но этого не может быть, в назначениях указана правильная доза.
— Умница! Абсолютно верно оценила состояние!—Богдан аккуратно тронул женщину за плечо.—Нина Ивановна, как вы сейчас себя чувствуете.
Старушка медленно открыла глаза, когда-то давно они были яркие, сейчас же потускнели. Седые короткие волосы окружали лицо, покрытое сеткой морщин. Старушка уже не была такой бледной, как при Настилом появлении.
— Лучше доктор, лучше…
— Ну и славно…постарайтесь заснуть. Сейчас глубокая ночь.
— Да, доктор, постараюсь, а вы мою дочку не видели? Светленькая такая девочка, ей семь лет, она может испугаться, потеряв меня!—Нина Ивановна с надеждой смотрела на Богдана.