— Нет, Анастасия Игоревна, не приходил.
— Ясно…Мария, пригласите, пожалуйста, по очереди пациентов Давыдова в перевязочную на обработку швов.
— Хорошо!
В перевязочной Настя тщательно вымыла руки и одела перчатки. Первой пришла женщина после эндоскопической операции. У нее были небольшие разрезы, которые хорошо подживали. Потом был мужчина после открытой операции. Шов ровный, слегка розоватый, воспаление умеренно. Еще двое, тоже после эндоскопических операций, с удовлетворительным состоянием швов.
Рутина отвлекала Настю от ненужных мыслей и переживаний. Однако, когда перевалило за 16:00 часов, она начала беспокоится. Богдан так и не появился. Настя несколько раз порывалась ему написать, но каждый раз одергивала себя. Что она напишет? «Вы скоро придете?» Или «А когда вас ждать?»…глупо…Поделится с кем-то своими переживаниями она тоже не могла…Ей что, подойти к Кириллу Дмитриевичу и сказать: «Что-то я волнуюсь, куда пропал Богдан Тахирович…». Бред, он взрослый мужик…а она ему никто. Ординатор. Нет у нее права ни на волнение, ни на расспросы. Только привлечет ненужное внимание.
К вечеру Настя стала совсем дерганая, каждый раз, когда открывалась дверь, она резко оборачивалась с надеждой в глазах. Екатерина заметила ее поведение и безошибочно связала это с отсутствием Богдана, отпустив несколько обидных комментариев, но не громко, а так, что бы слышала только Настя. Она старалась не обращать внимание на такие выпады. Обидно, конечно, но что она сделает? Наябедничает Заведующему? Дмитрию Борисовичу? «Мне Екатерина говорит обидные вещи», даже звучит смешно…Надо самой разобраться, уже не маленькая. Но как назло в голову не приходил ни хлесткий ответ, ни какой-то другой вариант приструнить Екатерину.
Рабочий день подошел к концу, а Богдан так и не пришел. Кирилл Дмитриевич был на удивление спокоен, видимо Давыдов все-таки с ним связался и предупредил. Внезапно Насте стало обидно…после вчерашнего, мог бы и ей пару строк написать…А то сам сказал «не придумывай ничего, завтра все обсудим» и пропал…как тут не придумывать и не накручивать???
Только Настя вышла за ворота больницы, как возле нее резко затормозила огромная черная машина. Стекло водительской двери опустилось и долгожданный голос разорвал тишину.
— Тася! Стой! Садись в машину.
Настя остановилась, как вкопанная. Богдан распахнул дверь и спрыгнул на асфальт. Быстро подхватив Настю под локоть, подвел к пассажирской двери, на секунду сжав ее в объятьях, жарко поцеловал и подняв ее, посадил в кресло.
— Как же я по тебе соскучился!—Богдан смотрел на Настя так, как будто продолжал обнимать и гладить, его горячий взгляд бесстыдно гулял по телу.