Сердце рвало от невыносимой любви и нежности.
– Сломал… – проворчала устроительница могил, но тут же захихикала под потоком родительских поцелуев.
– Звезды мои, что-то вы перестали играть в хирургов… – Врач огляделся. Кое-где из песка торчали ручки или ножки разобранных на запчасти кукол. – Всем игрушкам скрутили головы?
Довольное:
– Дя… – от главных озорников.
К папе, раскинув в стороны ручки, наперегонки неслись ещё двое сорванцов.
Он сгрёб всех в охапку. Визжащей от счастья ораве за глаза хватало папиного обожания и поцелуев.
– Кто со мной в город за новыми игрушками и в парк аттракционов?
– Я!
– Я!
– Я!
Неслось с трёх сторон. Главный моторчик для шалостей шептала в ухо:
– Папаська, есё купи Зайку и Миску. Они не высли из комы…
Новый директор клиник подрастал на глазах.
– Только дождёмся маму! – Рустам обернулся к няне: – Скажите Ларисе, пусть бросает дела. Пообедаем в городе. Должен подъехать Антон с женой и сыном.
Говорить о первом сыне было приятно. Антон влюбился по-настоящему и женился в реабилитационном центре на медсестре. Теперь он совсем другой человек.
Ева появилась на пороге огромной белоснежной виллы через минуту.
Он замер, заметив в руке голубоглазки пластиковый тест на беременность. Если идёт с ним, значит, подозрения подтвердились. Сердце зашлось в ожидании приговора. Он был главным во всём, только не здесь.
Жене решать, готова ли рожать в третий раз.
– Мамоська, мы едем за иглусками…
Дети рванули навстречу стройной худенькой голубоглазке.
Рустам остался на месте. Он приложил ладонь ко лбу, желая разглядеть выражение родных глаз.
Фигурку Евы облепили маленькие ручки. Она шла, осторожно переставляя ноги. Сердце, как много лет назад, дрожало при виде мощной фигуры мужа.
Он шагнул навстречу, забирая с ладони кусок пластика с двумя полосками в центре. Тёмные глаза сверлили загорелое родное лицо.
– Что решила? Есть время для мини…
Ева перебила, не в силах слышать фразу об убийстве тех, кто уже развивался в животе.
– Пока не знаю… – хотя сама уже приняла решение.
Она гладила шелковистые волосики малышей. Хитрые, перепачканные песком мордочки подняты вверх. Разноглазое счастье, как оно есть. Разве можно отказаться от ещё одной пары таких?
– Мама, мамоська… – дети наперебой пытались привлечь внимание центра мира.
Рустам подхватил девчонок на руки. Мальчишки повисли на маме.
– Я приму любое твое решение, – он вздохнул, пожимая плечами. – Ну не будет у нас ещё двоих…
– Как это не будет Лизы и Николаши? – мягкая улыбка осветила красивое лицо. – Где четверо там и пятому с шестым место найдётся! – Она рассмеялась счастливому лицу обалдевшего мужа. – Зариповых много не бывает! Нужно ведь кому-то управлять миллиардами деда…