Бесконечно длинные, стройные ноги, голые почти до бёдер. Скомканная на тонкой талии сорочка. Обтянутые холмики трепещущей от страха груди, которые она тут же прикрыла изящными руками.
Выточенная из слоновой кости статуэтка на комоде в квартире матери. Мечта онанистических грёз мальчика Рустика.
Он закрыл глаза, отгоняя мысли, в которых лежал поверх хрупкой фигурки, поддерживая за ягодицы…
Встряхивание головы помогло вернуться в реальность. Он мысленно выругался: «Чёрт! За что мне всё это?» – а вслух:
– От меня не спрятаться и не сбежать! Пока не расскажешь, как было на самом деле, не позволю встать с постели!
Одеяло полетело назад на кровать, накрывая манящее тело «Маты Хари» по его душу.
Ева быстро укуталась в преграду для пожирающего взгляда. Она ненавидела мужчин за секунду меняющих настроение. Что сейчас промелькнуло на холодном лице? Похоть? Только этого не хватало! Осознание, что между ней и огромным мужчиной только воздух палаты, которая принадлежит ему, приводило в ужас. Желание защититься преодолело страх.
– Если вы позволите сделать это без криков неверия ни одному моему слову!
Рустам оторопел. У негодяйки, притворявшейся беззащитной мышкой, появились зубки? Он мечтал поскорее оказаться за стенами палаты, мучимый радикально противоположными желаниями. Убить и трахнуть! Попахивало некрофилией.
– Говори!
Сердце холодело, вынося приговор растоптанным чувствам.
– Ваш сын – негодяй!
Врач скривился:
– Неожиданно! – Процедив через ухмылку: – Тоже мне, новость. Скажи, чего я не знаю.
Голубые глаза постепенно становились ярко-синими, гневными.
– Вы опять перебиваете! – Она тяжело вздохнула. – Мы встречаемся с Антоном почти год, а две недели назад подали заявление в ЗАГС. Мои слова можно легко проверить!
Рустам нахмурился, открывая для себя тайную сторону жизни внезапно обретённого наследника. Сдаваться, признавая, что мог быть неправым, не в его характере. Причина, по которой голубоглазка бросилась под машину, становилась другой, не более.
Презрительная усмешка и взгляд в потолок. Как всё предсказуемо. Сейчас шальная девка расскажет, что беременна и потребует от богатого дедушки деньги на содержание внука. Что, конечно, намного лучше тюремной решётки, но приводит в непонятную ярость.
– Вот с этого момента поподробнее! – по широким скулам гуляли желваки.
Он выслушает бред самозванки, а потом наберёт сына, опровергнуть нелепые обвинения…
Рустам тёр лоб. Услышанное едва походило на правду. Он видел, что представляет собой сын, о котором слишком поздно узнал. Избалованный мамочкин сынок, типичный мажор, привыкший сидеть на шее родителей, но поступить так, как рассказывает Ева… Не хотелось верить, что наследник ещё и подонок.