— Ни то, ни другое. Надо купить автозапчасти и передать их домой, там у дядьки автомагазин. Так что свободных денег нет. Только заработали — вкладываем. Раньше это дед делал, теперь я.
— Круто, — улыбнулся Олег. — Так можно завтра мне поработать, а?
С двадцатью процентами я, конечно, погорячился. С тридцати тысяч это шесть штук. Немного заложено в стоимость товара, так что расходы сверх запланированного — четыре тысячи.
— Да. Давай на турниках встретимся и обговорим детали. Алекс же туда подтянется?
— Должен, — сказал Егор.
Зато батя Олега — мент, с ним можно договориться насчет торговых точек и сэкономить в будущем. Да и неизвестно, какие проблемы начнутся, вдруг кто наедет, а знакомый мент дает большое преимущество.
Олег торговать может только по выходным, в будние дни у него школа, так что много дед не потеряет. Один продавец есть — Влад, вот Олег, желающий поработать в выходные. Так понемногу и налажу систему, деду останется только взять бразды правления и заниматься оптовыми закупками автозапчастей и кофе.
Парни проводили меня домой, получили по жвачке — просто по дружбе, и я поднялся к деду, который сразу же приковылял на костылях и с тревогой спросил:
— Ну, как?
— Да вот.
Я достал доллары, положил на тумбочку и, пока дед считал деньги, снял берцы и отчитался:
— Нашел двух продавцов. Один — школьник, ему шестнадцать лет, будет работать только по выходным. Выручку не украдет, я его проверил. К тому же отец у него милиционер.
Дед присвистнул.
— Вижу, ты времени даром не терял. Похвально! А второй?
— Второй сейчас в больнице, воспаление легких. Тоже не стал воровать, когда мог.
И опять никакой истерики, что могли ведь обмануть мальчика! Почему-то отцы понимают, что мальчику придется становиться мужчиной и нужно учиться преодолевать трудности, а матери — не все. Оберегают дитяток до последнего, уже еле ходят, а сыночкам деньги шлют.
Мы прошли на кухню, где дед взял со стола очки, лежащие поверх газеты, посмотрел через деньги на свет.
— Настоящие. Меня научили определять подлинность. Обедать садись, а то тебя уже ветром носит.
Живот внял и угрожающе зарычал. Полгода назад я не знал, как согнать лишний жир, а теперь набрать бы массу, и правда отощал, штаны падают. Не думал, не гадал он, никак не ожидал он. Если бы не сознание взрослого, все было бы куда хуже.
— Ты-то сам ел? — спросил я у деда, открывая котелок, где была картошка, щедро приправленная какой-то подливкой, и вездесущие окорочки.
— Да, обедал. Но перекушу символически, за компанию. Если не трудно, положи мне два кусочка картошки — и хватит.