Алекс слушал, кивал, его напряженное лицо менялось, казалось, мои слова наполняли его спокойной уверенностью. Закончил я на моменте, как стал караулить наркомана, спрятавшись за торец пятиэтажки, когда тот исчез в одном из подъездов. Про драку с гопниками ему слушать будет совершенно неинтересно.
— Все? — уточнил Алекс, когда я замолчал. — Он больше не выходил?
— Нет, — ответил я. — Ждать дольше не было смысла, тем более Олег торговал вместо меня, и нужно было к нему.
— Постойте здесь, — обратился Алекс к парням, чем изрядно их удивил, и отвел меня в сторону.
Оглянувшись на парней, он повторил:
— Если мы возьмем банду, я твой должник. Не люблю оставаться в долгу, потому скажи, что мне сделать для тебя?
— Я это делал в первую очередь для себя, так что взимать плату нечестно…
— Нет уж. Говори. Или я сам решу.
Более подходящего момента не представится, но все равно было неловко, ни я-взрослый, ни я-теперешний не умел просить.
— Есть кое-что, о чем я и так хотел тебя попросить, рассчитывая на твою добрую волю.
Глаза Алекса стали круглыми, я продолжил:
— Лёха, земля ему пухом, поделился информацией, что твой отец работает в Госкомимуществе…
Алекс рассмеялся.
— Вот же трепло! Ну ладно, о мертвых или хорошо, или никак. Говори дальше.
— Да ничего криминального мне от твоего отца не нужно, — пожал плечами я. — Они там в этом «Имуществе» решают, когда какое предприятие будут приватизировать. Я бы хотел купить акции «Газпрома».
— То есть тебе нужно дать знать, когда будут приватизировать его? «Газпром», так?
— Да. Кстати, и тебе бы советовал купить их акции. Мне нужна будет дата и подробности: где, когда и во сколько аукцион, допускаются ли на торги посторонние, или только сотрудники предприятия.
Алекс потер межбровье, кивнул.
— Хорошо. Я поговорю с отцом и буду ему периодически напоминать об этом твоем «Газпроме». Вот только чем его мотивировать, чтобы он не забыл или не забил…
А и правда — чем? Для взрослых все наши задумки — блажь, даже если они толковые. И тут кое-что пришло в голову, и я воскликнул:
— Эврика! Скажи, это препод интересовался. Если проворонит приватизацию этого предприятия, поставит тебе незачет.
— Охренеть у тебя мозг! — В голосе Алекса прорезалась зависть. — Во придумал! Я бы не допёр! По рукам! Так сто процентов выгорит.
Кот из дома — мыши в пляс
С четверкой новых друзей я скорее согрелся, чем позанимался на турниках.
Начало темнеть, холодать, и Алекс предложил:
— Ну что, расходимся?
— Чего это вдруг? — спросил Егор. — Я даже не устал!
— Нас ждут великие дела, — задумчиво проговорил Алекс.