Самыми свежими были два фронта: Кавказский (преобразован из Кавказской армии) и Персидский (выделен из неё же). Кавказским фронтом командовал генерал от инфантерии Николай Николаевич Юденич. Части фронта была объединены в две армии: Первую кавказскую армию (генерал-лейтенант Владимир Александрович Яблочкин) и Вторую Кавказскую армию (генерал-лейтенант Али-Ага Шихлинский). Персидским фронтом назначили командовать генерала от инфантерии Михаила Алексеевича Пржевальского, у него под началом были сформированы две армии: Закаспийская армия (генерал-майор Евгений Васильевич Лебединский) и Особая Туземная армия (полковник, осетин Лазарь Фёдорович Бичерахов). По поводу крайнего командующего (как и его «армии») необходимо дать некоторые разъяснения. Бичерахов. Командовал сводным кавалерийским отрядом, составленным из горцев-мусульман, которые самостоятельно, в отрыве от основных сил, действовали в Персии. Сам Лазарь Фёдорович обладал несомненным талантом находить общий язык с местными племенами, которые ненавидели всех чужеземцев, но османов более всего. Этим он и пользовался. Поэтому его отряд был похож на гармошку: то он разрастался до крупного соединения, которое неожиданными налетами вырезало солидные отряды завоевателей, то снова уменьшался до небольшого воинства, которое ускользало из лап превосходящего по силам противника. Пржевальский (двоюродный брат известного путешественника) оценил действия молодого перспективного командира. Так тот стал полковником, а его воинство увеличили: теперь под его началом была туземная кавалерийская бригада (кавказские горцы) и персидская казачья бригада — соединение, в состав которого входили туземные племена, но под началом русских офицеров. А поскольку это соединение решено было и дальше расширять, то и наименовали ее армией. Да, не совсем это армия (по европейским меркам), а вот по персидским — вполне себе армия, поскольку может решать не просто тактические задачи, а и стратегические, чем черт не шутит! Ибо в этих местах сорок кавалеристов — уже серьезная банда, четыреста — войско, состоящее из объединенных племен, а четыре тысячи — целая армия!
Пётр вошёл в зал совещания в сопровождении генерала Брусилова. Военачальники тут же вскочили со своих мест, приветствуя императора. Тот занял свое место и рукой дал сигнал присутствующим присесть. Он поступил так. как считал нужным и как поступал уже в своей прошлой жизни: когда старые генералы перестают справляться со своей работой на их место ставят новых. Вот только современная война диктовала свои правила: невозможно было сразу же взять толкового прапорщика и поставить его на армию. Да даже штабс-капитана невозможно! Ибо руководить крупными соединениями можно только после практики на меньших воинских контингентах, иначе — никак. Даже талантливый поручик может загубить дивизию, если начнет ею командовать без должной подготовки! А что говорить про армию? Или фронт? Скажете, что во время Гражданской войны в России (которая пока что, слава Богу, не разразилась) даже ефрейтор мог командовать армией? Мог! Только у него в штабе сидели самые что ни на есть квалифицированные военспецы — бывшие царские генералы, которые и составляли планы операций! Их только стыдливо назвали «военспецами». Ага! Ага! Фрунзе, конечно, был гений, но кто у него был начальником штаба? Вот так-то! Поэтому Пётр выдвигал в командармы военачальников с солидным военным опытом, как минимум, командовавших корпусами. А дальше — как бой покажет. Смогут справиться с задачами, что поставлены перед ними — пойдут на повышение, нет, найдется им замена на том же примерно уровне.