Итак, наша разношерстная компания приступила к работе в главном цеху алхимической фабрики. Это было огромное помещение с дырявой крышей. Сквозь щели лился тусклый свет пасмурного неба. Вокруг громоздились причудливые агрегаты, змеевики и перегонные кубы, мерцающие всполохами магических огней. По стенам тянулись стеллажи, заставленные разноцветными колбами, ретортами и диковинными ингредиентами.
В воздухе стоял едкий запах реактивов и озона, слышалось гудение печей и бульканье котлов. Каждый из нас занялся своим делом, работая быстро, но аккуратно.
Эми и Настя, облачившись в защитные костюмы, склонились над магическим кругом в дальнем углу цеха. Они сосредоточенно чертили мелом замысловатые руны, сверяясь с инструкциями. Время от времени девушки осторожно добавляли в центр круга щепотки трав и минералов, отчего по серебристым линиям пробегали всполохи пламени.
Мы с Айсштиль колдовали над массивным котлом, от которого исходило зловещее красное сияние. Богиня касалась поверхности раскаленного металла тонкими пальцами, покрывая его сетью инеистых узоров. Я концентрировал Энергию Бездны, направляя черно-фиолетовые потоки в бурлящее варево. Несмотря на защитный барьер, я чувствовал, как чудовищная мощь варева пытается вырваться на волю.
Горын и мои дочки-мирмеции сновали по цеху, таская огромные мешки с ингредиентами и подвозя к котлам бочки с сырьем. При этом они умудрялись периодически цапаться друг с другом. Хитиновый монстр ехидно критиковал Перчинку за медлительность, отчего та свирепо стрекотала на него в ответ. Вафелька с Сахаринкой хихикали в сторонке, передразнивая гримасы монстра.
Даже Лилия, насупившись от усердия, тягая рычаги допотопной центрифуги, разделяющей фракции. Работка самая простая, знай да тяни. Ее волчьи ушки потешно дергались при каждом скрежете и лязге старого механизма. Девушка то и дело принюхивалась к едким испарениям, брезгливо морща нос.
Но дирижером нашего безумного оркестра был, безусловно, Никодим. Старик, казалось, помолодел лет на двадцать. Куда-то исчезли алкоголические отеки и трясущиеся руки. Он порхал меж котлами и агрегатами, точно фокусник на арене, ловко крутя вентили, добавляя ингредиенты и сверяясь с показаниями приборов. Седая борода развевалась, а глаза горели лихорадочным азартом. Время от времени алхимик отдавал нам четкие указания, ни на миг не прекращая священнодействовать.
— Господин, температура в пятом котле приближается к критической! Добавьте туда стакан протоплазмы ядозуба и читайте формулу стабилизации! — выкрикнул Никодим. — Госпожа Айсштиль, подморозьте-ка трубопровод, а то змеевик сейчас расплавится к хренам! Горыныч, тащи бокс с голубой кровью, да поживее! И не разлей, а то трындец будет…