…С этой мыслью он и уснул. А когда проснулся, за окном уже начало светать. Пора было вставать. В дорожной сумке тихо тренькнул вестник, подаренный Йеном для связи с ним. Оповестил Дианеля о новом поступившем сообщении. Удивительно, как быстро прилипли к нему словечки, придуманные юным князем. Почему-то он многим вещам давал свои, довольно точные названия. Интересно, о чем он пишет в такую рань?
Прочитав короткое сообщение от Тиссена, эльф задумался. Конечно, можно сделать вид, что он знать не знает, куда делся любимец Хейлима. И отписаться, что он сейчас вообще находится в дороге. Но забавную двухголовую тварюшку было жалко — Лилея ради своего развлечения точно скормит бедного Азика голодным элариям, да еще и устроит из этого кровавого зрелища веселый праздник. Священные эльфийские рыбы ужасно прожорливы, и своими острыми зубами легко перемалывают даже кости. Вспомнив крики несчастного крестьянина, ставшего для них кормом, Дианель вздрогнул и, вздохнув, отправился в дворцовый зверинец…
Задание Верховной, проникнуть в Западный Эскел, оказалось для Дирка невыполнимым. Даже он, при всей своей изворотливости, сделать этого не смог — проклятые головорезы дотошно проверяли всех, кто пересекал Ведьмин перевал, и любых чужаков вычисляли на раз. Да что там говорить, если они половину тибальских аристократов легко отправили восвояси! А ведь Дирк так надеялся примазаться к кому нибудь из них — хорошо, хоть сразу не сунулся. И как только этой ушлой мерзавке Бренне удалось договориться с неподкупными головорезами? Ведьма — одно слово!
Сейчас он уныло потягивал пиво в таверне ближайшего к перевалу городка, и обдумывал свои дальнейшие планы. В Орден Молчащих возвращаться нельзя — второго провала Верховная ему не простит. Она и за первый-то чуть душу из него не вытряхнула, грозя отправить на алтарь. Но все же согласилась, что с ведьмой ему в хитрости не тягаться, тем более с такой, как Бренна. Зря что ли ведьмочка была лучшей ученицей в своей группе? Говорят, что она единственная из них всех и выжила после ритуала Главной инициации. Так что…
Прервав его мысли, в таверну зашла хорошо одетая аристократка средних лет и презрительным взглядом обвела полупустой зал. Потом, поколебавшись, подошла к соседнему столу и осторожно провела пальцем по столешнице. Брезгливо скривилась, поспешив вытереть его белоснежным носовым платком. Но видимо сил искать другую таверну у нее уже не было, и дама устало опустилась на скамью. На взгляд Дирка здесь было довольно чисто, но он хорошо знал подобных фифочек — им все не так и все не этак. Привыкли считать простых людей грязью под своими ногами.