Обугленные стены хибары всё ещё стояли. Чёрные, покорёженные, без крыши и двери. Внутри догорали остатки пола, а красные угли мерцали в темноте. Петруха стоял рядом и молчал. Лицо его вытянулось. Плечи опустились вниз, как будто из него выдернули стержень.
— Ты это, прости, я всё Древомиру рассказал, — произнёс он горестно. — Но я нехо…
— Забудь. Древомиру и я бы всё рассказал, если бы он меня к стенке прижал. — Поддержал я амбала, не желая давить и без того уничтоженную самооценку Петрухи. — Завтра получишь свои двенадцать серебряников. А остальное на твою свадьбу мы как-нибудь заработаем, — усмехнулся я хлопнув его по плечу.
Петруха посмотрел на меня с надеждой в глазах. Он надеялся на то что я знаю о чём говорю, а я же задавался вопросом «что за тварь спалила мой дом?». Ростовщик или троица малолеток цепляющихся ко мне? А может вообще никто не виноват и слизень просто разъел бочку, напоролся на слой щелока и из-за возникшей термической реакции произошло возгорание?
Любой из вариантов был хорош. При этом я бы предпочёл чтобы слизень просто разъел бочку, но что-то мне подсказывало что это не так. Скорее всего кто-то поджёг мою хибару целенаправленно. Вопрос только в том, кто именно это сделал и зачем?
Я обошёл пожарище по кругу, медленно осматривая останки избы. На объектах я привык осматривать площадку после аварии. Каждая деталь важна, каждый след рассказывает причину возгорания.
Земля вокруг хибары была вытоптана десятками ног. Люди бегали, таскали воду, толкались, пытались затушить мой дом. Одним словом возможные следы преступления безнадёжно затоптали. Впрочем, я искал не их.
Я искал точку возгорания.
Пожар в деревянном доме начинается с одного места. Печка, лучина, искра из камина или что-то ещё. Огонь расходится от источника, как круги по воде. По обугливанию стен можно определить откуда он пошёл.
Восточная стена обгорела сильнее остальных. Брёвна прогорели до самой сердцевины. Западная же пострадала заметно меньше. Значит, огонь начался с восточной стороны.
Именно там, где не было ни печки, ни камина. Печь стояла у северной стены. Восточная стена была глухой и безоконной.
Рядом с ней снаружи рос сухой осенний бурьян. Прекрасное сырьё для розжига. Подсунул пучок под нижний венец, чиркнул кресалом. Через десять минут дом полыхает.
Я присел на корточки у восточной стены. Земля здесь намокла от воды, которую лили при тушении. Но под грязью угадывался тёмный маслянистый след. Я мазнул по нему пальцами и поднёс к носу. Пахло смолой или дёгтем. А значит кто-то облил стену чтобы лучше горела.