Черный как смоль представитель кошачьих при звуке своего имени еще и выгнулся дугой под ласковой рукой сестры и опять урчать начал. Этакого хитрого льстеца хрен теперь выгонишь — умеет же подмазаться, однако. Нет, я, конечно, знаю, что уличные коты умные, но чтобы так прочитать человека, да еще и с первого раза — это уже талант. Верка сейчас на седьмом небе от счастья. Причем радуется она тому, что может коту доставить удовольствие. Вот как они это делают с нами, а? Это я про котов. Ты их кормишь, гладишь, заботишься о них, деньги тратишь на их лечение. И делаешь все это добровольно, а они умудряются эту заботу тебе же в обязанность вменить — типа, все так и должно быть, раб. Продолжай меня гладить! И какашки мои убери! Кстати, многие девушки так же себя ведут, ну, за исключением пункта про какашки. Но это я уже отвлекся.
— Васька? — удивился я. — Ты ему уже и имя придумала?
— Да не придумывала я ничего. Вон, у него на ошейнике написано!
И действительно, Верка выудила из густой шерсти на шее кошака потертый кожаный ремешок, на котором болтался позолоченный медальон с выгравированной на нем кличкой — «Василий».
Как только я прочел кличку кота вслух, на задворках моей памяти что-то легонько царапнуло. Василий… где-то я уже сталкивался с этим именем. Вот недавно совсем. После пережитого стресса мозг отказывался работать шустрее. Я чувствовал, что с этим котом, как, собственно, и с его именем что-то неладное. Но прежде чем я докопался до ответа, в дверь протяжно позвонили. С трудом поднявшись со стула, я поплелся открывать, почти не сомневаясь в том, что это бригада скорой помощи приехала. Вот же засада, полицию уже наверняка до меня вызвали! Пока про кота болтали, время было упущено. Ладно, не больно-то и хотелось. Наверняка падение женщины из окна многоквартирного дома незамеченным не осталось. Там уже, поди, и другая бригада скорой помощи трудится, и полиция наверняка соседей опрашивает. Бдительные соседи из числа тех, кто не работает, по любому раньше меня разобрались, что к чему, и вызвали всех, кого нужно.
Не забыв посмотреть в глазок, я отпер входную дверь и впустил в квартиру бригаду — немолодого уже врача с большим оранжевым чемоданчиком и женщину-фельдшера с какой-то тяжелой сумкой на плече.
— Так, ну что тут у нас? — глядя на окровавленное полотенце, спросила фельдшер. Врач же просто устало рухнул на кухне на стул и, деловито отодвинув мою кружку с чаем, принялся что-то записывать в новомодный планшет. В Москве врачи скорой помощи совсем недавно перешли на электронный документооборот. Говорят, очень удобно: можно пациента в базу данных внести и узнать о нем, все что требуется — ну, СНИЛС там, номер полиса, адрес прописки и так далее. Там же можно и свободные места в ближайших стационарах запросить.