Григорий Сидоров слушал с каменным лицом, но я заметил, как он насторожился, когда Петька упомянул о дамасской стали.
— Дамасскую сталь делаете? — не удержался он. — Здесь, в деревне? Это вы, получается Ивану Дмитриевичу и градоначальнику ножи подарили? — поручик глянул на меня.
Я молча кивнул. А Петька продолжил:
— Делаем, — подтвердил он. — Егор Андреевич научил. Хотите покажу ножи?
— Покажи, — Григорий явно заинтересовался.
Петька принес три дамасских ножа и выложил их на стол.
Григорий взял один нож, повертел в руках, провёл пальцем по лезвию. Поднёс к свету, разглядывая узор на стали. Его лицо постепенно менялось — скептицизм сменялся удивлением, потом — нескрываемым восхищением.
— Это… это настоящая дамасская сталь, — пробормотал он. — Я видел такие ножи у турецких мастеров, они за бешеные деньги продавались. А вы говорите, здесь, в деревне, делаете?
— Здесь, — подтвердил Петька. — И это только начало. Егор Андреевич говорит, можно ещё лучше сделать, если технологию доработать.
Фёдор Железнов, молчавший до этого, вдруг подал голос:
— А как узор на стали получается? Это ведь не просто так?
— Секрет в многократной проковке и складывании металла, — начал объяснять Петька. — Берёшь разные сорта стали, складываешь, куёшь, снова складываешь. И так раз двадцать-тридцать. Слои стали перемешиваются, создают узор. А потом ещё электроли… электроль… электролитом травишь, чтобы узор проявился.
— Чем? — переспросил Семён Кравцов. — Электролипом?
— Электролиз, — пояснил я. — химическая реакция. Воздействует на разные слои стали по разному, и поэтому узор становится видимым.
Григорий медленно положил нож на стол:
— Значит, это не сказки. Вы действительно знаете вещи, которых мы не знаем.
— Именно для этого вы здесь, — кивнул я. — Чтобы узнать то, чего не знаете. И потом применить эти знания на своих заводах.
Атмосфера за столом заметно потеплела. Скептицизм уступил место любопытству. Даже угрюмый Фёдор Железнов начал задавать вопросы.
После обеда мы устроили полноценную экскурсию. Новоприбывшие с интересом осматривались. Антон Волков подошёл к токарному станку:
— А это что за штука?
— Токарный станок с пневматическим приводом, — я подошёл к нему. — Работает от сжатого воздуха. Смотрите.
Я продемонстрировал как это все работает. Открыл кран — шпиндель завертелся. Закрыл — остановился.
Глаза братьев Волковых округлились. Семён Кравцов просто стоял с открытым ртом. Даже Григорий Сидоров не смог скрыть удивления.
— Как это работает? — выдохнул Иван Волков. — Воздухом… двигатель…
— Принцип простой, — начал объяснять я. — Сжатый воздух под давлением поступает в цилиндр, толкает поршень, он вращают вал. Вал соединён со шпинделем станка — и вот вам вращение.