Они поднялись из бархатных кресел, только когда ожидание слишком уж затянулось, и сам великий князь встал, чтобы тронуть за плечо царственного племянника. Иван дернулся, будто пробудившись ото сна, закрутил головой и, кажется, только сейчас начал соображать, где находится. Воронцова тут же взяла его под руку и ненавязчиво повлекла к выходу.
Бедняга пошел, как теленок на привязи — так же безропотно и неторопливо. В первый антракт я не успел оценить масштабы бедствия, и теперь поторопился рассмотреть сладкую парочку поближе. Прежде, чем придворные лизоблюды окружат его величество в четыре слоя и утащат в недосягаемые для простых смертных кулуары. К счастью, выходы из бельэтажа и императорской ложи располагались по соседству, и я все-таки успел увидеть все, что нужно.
И снова выругался себе под нос, комкая в кармане уже бесполезную записку. Скавронский только посмеялся над моей дурацкой затеей и, как оказалось, не зря. Не то, чтобы я всерьез рассчитывал просочиться через шпиков и зорких придворных со своим посланием… Но даже если бы каким-то чудом удалось миновать их и хоть на мгновение оттереть плечом Воронцову, прекрасно знавшую меня в лицо, все равно ничего бы не вышло.
Иван напоминал одновременно принявшего двойную дозу кайфа наркомана и тяжело больного — и в каком-то смысле был и тем, и другим. Сладкого яда Воронцовой хватило с избытком, и она не поленилась закачать его столько, что пострадало даже тело. Его величество сутулился, слегка подволакивал ноги и выглядел так, будто и вовсе не мог передвигаться без посторонней помощи.
Или просто не хотел. Графиня держала его под руку, и стоило им хоть на мгновение разлучиться, чтобы поприветствовать столпившихся вокруг людей, как он сам тут же начинал озираться и рыскать ладонью в воздухе, будто потеряв что-то жизненно необходимое. Воронцова спешила вернуться, и его на лице Ивана снова появлялась бестолковая улыбка.
— Стерва… — прошипел я сквозь зубы. — Хитрая наглая стерва.
А ведь такого следовало ожидать. Даже с поправкой на юный возраст, недавнюю потерю отца и запредельный авторитет наставника Иван все же был не из тех, кто отдаст власть без боя, добровольно превратившись в болванчика на троне и кивать по указке его светлости канцлера. Колдуну пришлось не только окружить его своими ставленниками, но и буквально по уши накачать дрянью, чтобы хоть как-то держать под контролем.
А значит, в Зимнем все не так уж и спокойно. Левое крыло Государственного совета фактически уничтожено, от правого осталось немногим больше, однако среди придворных пока еще достаточно тех, кому не по душе новый хозяин — раз уж колдун вынужден был опуститься до настолько топорных и грязных методов. И если получится хоть ненадолго убрать от Ивана Воронцову, если дать его крови очиститься от дурмана…