[1] σίφων (síphōn) и πώγων (pōgōn) (греч.) — сифон и борода.
Глава 8
1449, октябрь, 2. Константинополь
Константин смотрел на Деметриоса Мехотиса.
Спокойно.
Даже равнодушно.
Хотя перед ним стоял враг. Самый умный и опасный из ближайших. Формально-то слуга, занимавший пост главы столицы и основного снабженца да хозяйственника армии… кхм… несуществующей в том числе по его вине. Но на практике именно это человек стоял за организованным противостоянием городских элит императору последние месяцы.
Они бодались.
Холодно и расчетливо, раз за разом обмениваясь непрямыми ударами.
И вот он пришел.
Тихо. Без особой помпы.
Зашел в приемные покои.
Поклонился чин по чину… и стал медлить, косясь на присутствующих здесь явно лишних людей. И говорил при этом что-то удивительное: удивительно витиеватую шизофазию, которую только опытный, матерый чиновник в состоянии выдавать. Когда вроде бы грамматически все верно и язык подходящий, а смысла нет. Просто нет. Совсем. Словно белый шум, только складный и очень похожий на человеческий язык.
— Оставьте нас, — наконец, заканчивая этот фарс, произнес император. И когда люди вышли, обратился к визави: — Вы хотели что-то сказать. Не так ли?
— Я… да. — кивнул он. — Я… хм… смешно. Не могу подобрать слов. После всего этого пустого лепета язык заплетается.
— Говорите, как есть. Здесь лишних ушей нет, — произнес он, кивнув на своего щенка, что сидел возле ноги. — К тому же, вы пришли первым. Это многое смягчит.
— Это так очевидно?
— Разумеется. Но, признаться, я думал, первым придет этот старый дурак.
Метохитес усмехнулся.
— Людям порой очень сложно переступить через свое прошлое… через свои убеждения.
— А вам?
— Я предпочитаю считать.
— Но не сразу.
— Не сразу.
— И что же поменяло ваше мнение?
— Взгляды. Люди, что вас окружают, стали меняться. Признаться, я бы продолжил борьбу, если бы не эти взгляды.
— Поэтому вы не убили Георгия? Из-за взгляда?
— Да. Он меня словно отрезвил и заставил задуматься. И понять главное: у вас есть план. И мы в нем учтены… компенсированы… уничтожены, если потребуется. Это меня поразило. Впервые вы произвели на меня совсем иное впечатление. Хм. Вы ведь все продумали еще до того, как прибыли сюда во второй раз. Там. В Морее.
— Разумеется.
— И вы уверены, что вы… хм… мы удержим город?
— У меня нет абсолютной уверенности. Мир полон случайностей. — все так же равнодушно ответил император. — Но да, я думаю, что мы сможем удержать город, спасая ситуацию. Иначе бы меня тут не было.
— Вы хотите поступить с османами также, как и с Афоном?
Константин вежливо улыбнулся, промолчав.