Маришка же так и оставалась привычной ведьмой в человеческом образе, никак не изменяясь. Лишь глаза стали еще более яркие. Переливаясь всеми цветами радуги сразу, будто не могли определиться, какой же выбрать. И Чумка, как раз таки, совсем не желала выбираться из-под спасительного укрытия. Хотя, чем шкуры могли защитить, реши я воспользоваться ей еще раз?
Оценив реакцию девушек, запустил руку в рюкзак и извлёк оттуда то самое яйцо, ради чего пришлось пережить столько неприятностей. В этот раз оно оказалось более послушным, отцепившись от пальцев после пары сильных встряхиваний. Правда, вызвал при этом испуганный вскрик Аннабель. Хорошо, что не разбилось, приземлившись на мягкую подушку.
— Больше так не делай! — Ящерка проворно подскочила к артефакту, отталкивая меня с такой силой, что едва устоял на ногах, уперевшись в печь рукой.
То, с какой теплотой и заботой желтоглазка прижала крохотное яичко к объемной груди, заставило задуматься. Действительно ли правильно я поступаю, отдавая такое сокровище темному созданию? Но было уже поздно. Теперь отобрать яйцо можно было, только убив ее. Лишь помня, что говорили об убийствах днем, решил оставить все как есть. Тем более мне самому надо было ознакомиться с внутренностями конверта. Да, того самого свитка, содержимым которого до определенного времени делиться не хотелось ни с кем. Для этого достаточно было просто выйти из избушки. А так как шатенка была полностью поглощена новой прелестью, о которой, судя по всему, мечтала очень давно. А вторая боялась даже пошевелиться. Переживать, что кто-то помешает, совсем не стоило.
В сенях ничего не изменилось. Кроме того, что армейские ботинки стояли на том месте, куда вчера их определил, впервые заходя в избу. Лучина так и продолжала гореть неровным светом, словно и не могла прогореть дотла. Всё так же оставаясь зажатой в расщепе, ничуть не менее искусно сделанном умелым резчиком.
На улице уже во всю светило солнце, поднявшись в самый зенит. Но от этого не было жарко. Густой лес так и оставался лесом. Только заросшая тропа, возле которой вчера выбрали место для постоялого двора, сменилась на более-менее ухоженную. Высокая некошеная трава нависала над широкой асфальтированной дорожкой, уходящей куда-то в дремучую глубь. Куда и солнце-то не всегда доставало. А с другой стороны, всего в нескольких сотнях метров, начинались уже совсем обжитые места с лавочками, фонарями и прочими прелестями жизни.
Решив, что лавка будет самым удобным местом, пошел именно туда. Прохожих не было. Как и животных. Только несколько птичек перекликались в густых кронах, создавая приятную атмосферу покоя. Бояться было нечего. Что только подтверждалось божественным зрением. Которое самостоятельно стало выхватывать определенные моменты, такие как движение в кустах. Подсказывая, стоит ли опасаться приближающееся создание.