Сказать, что это было чем-то неординарным, значит ничего не сказать. Мы были в той самой избе, что я сотворил, используя серебряный жетон. Только ни о каком порядке речи и не шло. Аннабель, тоже сильно измученная и перепачканная спермой, лежала на полу рядом с красным уголком. А символ моего божества красовался из ее запасного входа, почти полностью погруженный внутрь. Все остальное тоже было далеко не в лучшем виде. Шкуры и подушки с лавок были разбросаны по всей избе. Скамьи валялись под столом. А на самом столе оказалась скомканная простыня, тоже изрядно запачканная моими выделениями. Печке, к слову, тоже досталось. Занавеска содрана и висела на одном крючке. Перина сбита в один угол, поверх которой лежали все оставшиеся принадлежности.
— Нет! — Постаралась дернуться ящерка.
Девушка оказалась настолько измучена, что могла лишь немного пошевелить ногой. К счастью для нее, мой внутренний мир полностью пришел в порядок. И теперь я сам поражался тому, что же было со мной утром. Нет, то, что в очередной раз нахлынувшая энергия стерла разум, превращая в похотливое животное, было не новым. Но то, что память пропала, откатывая все воспоминания к самому началу, было настоящим открытием. Причем очень неприятным.
Вынув символ Ярилы из разработанной попки и обтерев о лежащее тут же покрывало, поспешил вернуть на место. За порядок в избе не переживал. Она все равно волшебная и скоро пропадет. А вот надругательство над божественным идолом — дело весьма опасное. Кто знает, как покровитель отреагирует на подобное. Тяжелее всего оказалось найти свои вещи. Божественная система должна была перенести вместе со мной. Только как найти хоть что-то в таком бардаке? Интереснее всего было посмотреть на сверток, что хозяин стеклянной пещеры расписал как единственную возможность спасти любимую девушку. Вот уж что должно было быть главным сокровищем. Ценнее меча, кольчуги и всех книг, что унес из кочующей лавки. Пришлось изрядно попрыгать, выискивая прикроватную тумбочку. Причем заглядывая под лавки и обшаривая все на большой печи.
Потратив немало времени на поиски, растормошил при этом ленивых девушек, испуганно кутающихся в то, что оказывалось рядом при пробуждении. Не могу сказать, что девушки понимали, что я говорю. В глазах был настоящий страх и полное отсутствие разума. Но одно точно понял: они сами не знали, где и что можно найти в моем доме. Даже обшарив бабий яр, ничего не нашлось. Оставалось только заглянуть под полог. Но там ничего интересного быть не должно было. Это пространство использовалось как чулан или вело в погреб. Вот только погреба здесь быть не могло по весьма простой причине: изба стояла на курьих ножках. Хотя… Изба же волшебная. Вот в полумраке, за занавеской, обнаружилась небольшая дверца, уводящая куда-то вниз.