Сейчас этот взгляд был подобен ножу, медленно и мучительно вонзающемуся в самое сердце. Он знал, как сильно я любила его, как боготворила, и использовал это знание как оружие.
Если честно, я хотела смерти. Она казалась мне избавлением, единственным выходом из этой невыносимой боли. И предложи он мне ее сейчас, я бы приняла с распростертыми объятиями, как долгожданного друга.
Но он не предлагал. Он хотел чего-то другого. И то, что он хочет оставить меня в живых, вместо того чтобы положить конец моим страданиям, вызвало во мне иного рода чувства. Не благодарность, нет. Скорее, леденящий ужас.
Что он задумал? Какую новую пытку он приготовил для меня? Смерть была бы милосердием, а он, похоже, был намерен лишить меня даже этого. В его глазах я увидела не просто злобу, а какое-то извращенное, садистское удовольствие.
— Я хочу, чтоб ты жила, — усмехнулся он как обычно, по-ребячески. И заметив, как я побагровела, добавил: — Ну, не сердись, дорогая, — провел он указательным пальцем по моей нижней губе. — Ведь, в конце концов, это было прекрасное путешествие, не так ли?
— Нет! — выпалила я. — Меня обманули, насиловали, избивали… это явно не было весело!
— А лучше давай перечислим плюсы, — предложил принц так, словно говорил о уровне воды в стакане: на половину полон он, либо на половину пуст, при этом загибая изящно пальцы и «вышагивая» по огромному залу. — Ты классно провела время, сменила свой приют на отель, побывала в Даркленде, познакомилась с интересными личностями, — и Тарун отсалютовал Харуну и Олафуру, стала женщиной, да не с кем иным, как с представителями королевской семьи… Многие девчонки мечтают о таком. И знаешь, я помню, тебе это очень даже нравилось, — Тарун остановился, склонив голову на бок, рассматривая меня с любопытством. — А ведь ты можешь остаться, Изи. Здесь. Жениться не обещаю, прости, это лишние проблемы с бюрократией, но зато ты будешь жить в достатке, в блеске драгоценных камней, металлов. Есть изысканные блюда и наслаждаться моим обществом. Ведь тебе нравится проводить время со мной, я же знаю, — оказавшись мгновенно у меня за спиной, прошептал он мне томно все это в ухо, рукой проведя по оголенному моему животу.
Его взгляд, скользящий по моему лицу сбоку, был полон ожидания. Еще каких-то семь дней назад я бы, возможно, почувствовала в этом напряженном молчании искру, тот самый электрический разряд, который называют химией. Но сейчас внутри меня клокотала лишь ледяная ненависть, настолько сильная, что хотелось выплеснуть ее наружу. Если бы он стоял передо мной, я бы не задумываясь плюнула ему в лицо