Не испорченная человеческой деятельностью первозданная природа действовала как сильнейший транквилизатор. Шум стремительного потока, колыхание могучих крон на высоких склонах, густой запах хвои, этот целительный комплекс помогал отдохнуть уставшему разуму от тягот походных условий. В прошлой жизни люди немалые деньги платили, чтобы оказаться в таких местах.
Халк добыл из недр боевого отсека «Каймана» рыболовные снасти и пошел бродить вдоль берега в поисках затонов. Да, да, нечему удивляться. Некоторые привычки невозможно искоренить. В прошлой жизни удочки и складной спиннинг являлись неотъемлемым атрибутом многих автомобилей. Пускай даже и использовались один раз в году, а то и просто лежали, обрастая пылью. Было немного комично наблюдать массивную фигуру рейдера с тяжелым автоматом на плече и спиннингом в руках. Баламут ускакал в лес по естественной надобности, ну и так, пошарахаться, обследовать окрестности, между делом. Ракшас плескался в холодном потоке, приводя себя и одежду в порядок. Чистота — залог здоровья, кто бы что по этому поводу не говорил. Рядом на большом валуне щурился от удовольствия Седой, принимая солнечные ванны. Корпоративный тимбилдинг с выездом на природу получился. Других аналогий и на ум не приходило. Идиллия.
Баламут вернулся с полной охапкой маслят и тут же развил кипучую деятельность. Ракшас отправился чистить грибы, Седой — за дровами, а сам мелкий завозился в боевом отсеке, матерясь в полголоса и чем-то громыхая. На здравый смысл и правила безопасности благополучно забили. Какая ночевка на природе без костра. Да и сухомятка рационов не особенно воодушевляла. Дрова затрещали язычками пламени в аккуратно устроенном очаге, благо камней хватало. Баламут священнодействовал в процессе приготовления горячей пищи, не забывая раздавать указания. Особых изысков не получилось, но запах жареных грибов, картофельного пюре с гуляшом и разогретой тушенки был по истине волшебным. На расстеленных прямо на камнях спальниках был уже сервирован стол с почти настоящей посудой из сумки для пикника, и стояла бутылка черного рома. Запасы бережливого Баламута не переставали удивлять. На запах, не иначе, подтянулся довольный Халк. Тоже с добычей. Три приличных рыбины висели на кукане, сделанном из ветки кустарника. Два судака и горбатый окунь. Рыбу разделали и запекли на углях, не откладывая на потом.
Глухо стукнулись друг об друга пластиковые стаканы, предваряя праздничный ужин. Еще бы не праздничный — уцелеть в такой мясорубке. Выпили за рейдерскую удачу, за то, что выжили все. Стол удался на славу. Оголодавшие от нервных и физических нагрузок рейдеры не стали себя сдерживать и наелись, что называется, от пуза. Тоже своеобразный антидепрессант, отлично работает. За едой, в ленивом разговоре, обсуждались минувшие события. В основном застольная беседа крутилась вокруг так удачно прорезавшегося дара Ракшаса. За дебатами незаметно подкрался вечер. Чай с всякими вкусностями из армейского рациона пили уже в сумерках, немного подсвеченных языками пламени от затухающего костра.