Правила выживания в Улье однозначно подразумевают подготовленное к моментальному использованию оружие. Увесистые бочонки обычных глушителей со щелчком встали на штатные места. Магазин поменять на двадцатизарядный с дозвуковыми патронами — дело минуты. Все. Готовы достойно встретить любого незваного гостя. Будь то хоть рубер, хоть элита с малой свитой. А хоть и плохие парни на легкобронированной технике — все едино.
— Есть идеи, как на ту сторону перебираться будем? — спросил Халк, после вдумчивого осмотра окружающих красот, и кивнул в сторону противоположного склона ущелья, — тут метров семь будет, не меньше. Если и ошибусь, то не намного.
— Идея пока одна у меня, — Ракшас вытащил из груды вещей небольшой туристический топорик и сунул его в руку Халку, — делать мост. Путем грамотного сваливания вон того дерева, вон на тот склон.
— Охренеть, ты придумал! — не удержался тот от проявления эмоций, после того как отследил указывающие жесты товарища, — я эту сосну до морковкиного заговенья рубить буду.
Изящный, можно сказать, инструмент выглядел в лапище здоровяка мелким столовым прибором.
— А может ты это, — Халк замялся, формулируя мысль, — ну, как тогда. Мостик организуешь.
— Во-первых, я не знаю, как я это сделал, не разобрался пока. Сам понимаешь, не до того было, — Ракшас с сомнением покачал головой, — а во-вторых, если ты рухнешь вниз, когда я этот мостик не удержу, то ты там все камни поколешь. В мелкий щебень. Доставай тебя потом. Руби давай, я посторожу.
Под ударами топора полетела кора, первые щепки. Мощный ствол сосны даже не вздрогнул. То еще занятие выдалось, увлекательное, дальше некуда. И для здоровья, кстати, полезное. Как их только бобры валят? У них зубы то явно размерами топору уступают. В размеренные звуки вынужденной лесозаготовки вплелся далекий, пока еще, звук дизельного мотора.
— Дождались, твою мать. Если это те самые плохие парни, перещелкают они нас на этом уступе, как мишени в тире, — выматерился Ракшас, — Халк, ну-ка в сторону отойди.
Надпочечники выбросили в кровь очередную порцию адреналина. Ожидаемая угроза обострила восприятие. Течение времени ощутимо замедлилось. Организм уже привычно переключился в боевой режим. Привычно — это же надо такое придумать. Два раза ха. Сказал бы кто такое всего две недели назад. Ракшас с удивлением отметил, что разноцветные линии и мерцающие пятна так и не пропали. Чуть поблекли, размылись, но он продолжал их видеть, воспринимая уже как неотъемлемую составляющую обычного зрения. Даже дискомфорта никакого не было. Сейчас вся эта цветная вакханалия налилась яркими красками, окрашивая предметы в новые оттенки.