— А я вас и не боюсь! — Настя села в кровати, осмотрев себя и убедившись, что одета всё в ту же кофту, в которой куралесила накануне. — Как я вообще здесь оказалась?
— После твоего неудачного покушения на нас ты вчера здорово наклюкалась в баре, — ответила ей Катя. — Тебе девчонки помогли до комнаты добраться.
— Да какого ещё покушения, о чём вы вообще? Что вам надо? — Настя включила «невпонятку». — Как вы вообще попали в мою комнату?
— Давай мы сэкономим время, и ты просто посмотришь сообщения от мамы. Пятнадцать сообщений, она явно хотела что-то важное сказать.
Настя недоверчиво на меня посмотрела, но коммуникатор с тумбочки взяла. Открыла сообщения и погрузилась в чтение. По мере которого вдруг побледнела, а потом и закрыла лицо руками, беззвучно заплакав.
— Прими наши соболезнования, — как можно искреннее сказал я вслух. — Мы с Тимофеем мало успели пообщаться, но у меня сложилось впечатление, что в тебе он души не чаял. Тем более странно, что отправил на такое самоубийственное задание.
— Вы знаете моего отца? — Настя выглянула из-за ладоней.
— Немного, — признал я. — Он успел рассказать нам много интересного, прежде чем выпить яд. Последние его слова были о тебе, он просил меня о тебе позаботиться.
— Как это… — Настя сглотнула ком в горле, — как это произошло?
— Твой отец связался не с теми людьми, и они не оставили ему выбора. Прости, но больше я тебе рассказать не могу. Давай лучше поговорим о тебе.
— А что обо мне? — Настя очень натурально удивилась.
— Суд патриархов и лишение всего имущества или вызов на дуэль с гарантированным летальным исходом, что предпочитаешь?
— Ты пыталась нас убить, — добавила Катя, — не имея на то никаких причин, не объявляя вызова на дуэль, да ещё и исподтишка. Мы ведь не можем это так просто оставить. Даже при том, что приказ тебе отдал отец, и он уже поплатился за это своей жизнью.
Настя, до этого уже успевшая чуть покраснеть от сдерживаемых слёз, снова побледнела, как полотно.
— Но ведь папа просил обо мне позаботиться… — наконец промямлила она.
— Вот я и забочусь, — пожал я плечами, — не оставлять же тебя его подельникам. Они тебя в самом лучшем случае замуж по-быстрому пристроят, чтобы имуществом завладеть. Но есть ещё один вариант, конечно, если ты хочешь жить дальше.
— Клятва верности… — Настя уронила голову на грудь.
— Заметь, — я толкнул Катю затылком в живот, — причастность к покушению уже не отрицает.
— Ну выбор-то ты ей дал, так что всё по-честному, — Катя принялась рассуждать вслух. — Тимофей, правда, согласился нам помогать в обмен на то, что мы о Насте позаботимся. Получается, если её придётся под суд отдать, или на дуэль вызвать, его жертва будет напрасной?