Добро пожаловать на Тойрин
— Именем Огулиса, стой!
Огромных размеров драман тяжелой поступью преследовал меня. На бегу я обернулся и посмотрел в его черные, полные злобы глаза. Дурак какой, я ведь тебе ничего не сделал! «Ново-пассит» тебе, дружище, надо пить — говорят, помогает.
Мускулы драмана угрожающе раздувались при каждом движении — жуть какая, это ж он меня с одного удара вынесет! Нет уж, спасибо большое, давай будем дружить на расстоянии и с Огулисом, и с остальными твоими приятелями.
«Впереди деревня Файвора…» — нежно пропел женский голос мне в самое ухо.
Давно пора! Выносливость хоть и не сильно уменьшилась, но началась дурацкая одышка, а проклятый варвар все не отставал.
Громила-стражник придирчиво осмотрел меня, но не сказал ни слова. А увидев сородича, он вытащил длинный меч и бросился на разбойника. Ну, ребят, веселитесь сколько душе угодно, а я в сторонке постою.
— Крил, привет, это снова я! — раздалось сверху.
Я по привычке поднял голову.
— Мы тут всех программеров собрали. Объясни еще раз свою… э-э-э… ситуацию.
Я вытащил синеватый кристалл, который использовался для связи, и нажал на него. Передо мной появилась проекция собеседников, сгрудившихся вокруг камеры.
— Что, с самого начала? — спросил я.
— Если тебе не сложно.
— Ну что ж…
…Я ужасно опаздывал. Впрочем, как и всегда. Но профессор Франкенштейн этого все равно, кажется, не заметит. Вообще не понимаю, зачем ему лаборант. Сидит копается в своих записях, без конца носится вокруг своего лазера, пылинки с него сдувает; меня, естественно, близко не подпускает. Странный он. Хотя мне-то что: плюс шесть тысяч в месяц прибавки за спокойное двухчасовое сидение около Францевича (это настоящая фамилия Франкенштейна), а потом за протирку полов — почему нет? Лишними не будут.
Я сбежал по лестнице со скоростью, какой не было у Усейна Болта в лучшие годы, и нырнул в правое крыло. Как же тут хорошо! Стены зачем-то выложены кирпичом, зато даже в такую жаркую погоду здесь прохладно.
Франкенштейн стоял посреди коридора.
— Кирилл, опаздываешь! — закричал он, увидев меня.
Вот ведь, как сглазил. Не нужен я ему, как же. Хотя любопытно: полмесяца работали душа в душу — он писульки свои чиркал, я в телефоне сидел — и вдруг чудесному симбиозу пришел конец. Интересно, что стряслось.
— Здравствуйте, Владлен Карлович. Извините, на кафедре задержали.
Вот я хорош, соврал и даже глазом не моргнул. Впрочем, Франкенштейну, похоже, все равно. Он махнул рукой, и мы пошли в «Лабораторию №4», а попросту бывшую лекционную, заставленную всяким хламом.