— Ты мне зубы старыми словами не заговаривай! — начал заводиться император. — Я тебе ясно в прошлый раз всё изложил.
— Так многое поменялось с тех пор, вашество, — спокойно возразил я.
— И что же?
— Раз просьбы для тебя, владыка, пустой звук. Я с ультиматумом пришел.
— Чего⁈ — император привстал с кресла.
Волна его давящий ауры опустилась на плечи. Меня гнуло к земле, но я и не подумал опускать головы. Чувствовал, как нарастает давление в позвоночнике, слышал, как хрустнуло колено. Я попытался закрыться, уплотнить доспех энергии, да только ничего не помогало. Тогда окатил себя лечением. Колено обожгло, будто током саданули в одну из связок. Стало полегче.
Давление нарастало. Император буравил меня испепеляющим взглядом. Влияние постепенно ослабло. Я смог распрямиться, так и не отведя глаз.
— Чего слышал, правитель, — сказал я твердою. — Либо ты мне дочь отдаешь, либо я буду вызывать на дуэль и убивать каждого её потенциального жениха. Не останется в империи сильных наследников, примусь за соседей. Кровосмешенцы западные уж точно мне не соперники.
— Ну-ну, — почти смеясь протянул император. — Долго ли продержишься так? Да тебя изничтожат быстрее, чем твоих предков.
— Поглядим, — пожал я плечами. — Да только это не всё. Перед тем как сдохну весь мир увидит, как я у тебя Камчатку оттяпал.
— Ах ты! — вскочил правитель.
Меня снова начало давить к полу, принуждая упасть на колени. Сдавило со всех сторон. Казалось, я видел, как гнев императора закручивается в жгуты. Будто аура власти обрела форму. Дышать стало тяжелее. Легкие не могли раскрыться на полную, сдавило со всех сторон. Теперь я отчетливо ощутил, как лопнули боковые связки на обоих коленях. Уж сколько я их латал в другой жизни, не спутаю.
— Не много на себя берешь, сопляк⁈ — орал правитель. — Куда ты лезешь??? В своём уме⁈
Давление усилилось до предела, ребра затрещали, я пытался укрыться техниками, но они развеивались не в силах сдержать воплощенную волю правителя.
— А что мне ещё остаётся, вашество? — кое как смог выдохнуть я. Давление в миг ослабло, и я вдохнул, окатывая себя целительной волной.
— Ты сам мне выбора не оставил, — сказал я, расстегивая верхнюю пуговицу рубашки. Воздуха отчаянно не хватало.
— Глупая будет смерть, — сел на трон император. — Ты на что вообще надеешься?
Я пожал плечами. Не нашелся с толковым ответом.
— На случай, — нагло ухмыльнулся я. Правитель сощурился. В глазах отчетливо читалась работа мысли.
— Неужели! — пораженно протянул он. — Так это правда. Ты всерьез спутался с Романовым.
Я успел сориентироваться. Лишь на миг меня будто начало перекашивать в лице, но потом я вернул себе самообладание, как бы надеясь, что собеседник не заметил вспышки слабости.