— Я так понимаю, все прошло успешно и город устоял? — поинтересовался Шереметьев. — Мы справились со своей задачей?
— Да, судари и сударыни, — склонил я голову, выражая благодарность присутствующим. — Все вышло даже лучше, чем я ожидал.
От Алены, сидевшей со спокойной полуулыбкой на лице, по нашей с ней связи, которую девушка старательно экранировала, до меня доносились отголоски бушующих у неё на душе эмоций. Радость, облегчение и даже эйфория с непонятными мне оттенками нежности… Да уж — женщин, даже отчасти неживых, мне понять сложнее, чем справиться даже с сильнейшим Великим Магом. Ну вот спрашивается — нежность с умилением-то откуда и к чему сейчас взялись⁈
Место во главе стола, кстати, было свободно. Теперь мою роль как лидера приняли окончательно и бесповоротно — и не столько по праву силы, сколько по заслугам и достижениям. Я делом доказал за последние недели, кто я и чего стою, и гордые бояре признали меня. Конечно, не будь у меня при этом одной из знатнейших родословных в стране, а то и в мире, шиш бы они это сделали несмотря ни на какие заслуги — но и с происхождением у меня всё было более чем прекрасно.
А прежде, как я теперь, после объяснений Федора понимаю, сомнения всё же имелись. Кто-то и мог сомневаться и гадать, а вышибли ли меня из Рода только официально, по бумагам, или, может быть, выкинули на мороз с соблюдением всех упомянутых Шуйским ритуалов и теперь даже кровь меня не признает? Да, Шуйский говорил, что даже многие Старейшины Шуйских об этих ритуалах не помнят… Но, во первых, мог и приукрашивать, а во вторых — даже если так и было, то Главы-то и высшие чины других Великих Родов боярских точно были в курсе о тонкостях возможного исключения из Рода. Хотя бы потому, что у них наверняка с этим вопросом дело обстояло если не также, то очень похоже.
Но теперь, когда все видели, что меня признают Родовые Регалии… Черт, ладно, не будем лезть в глубокую политику, в которую меня всё же затащил Шуйский. Просто молча сяду на свое место…
— Итак, произошло, друзья мои, следующее…
Я как мог подробно рассказал обо всём, что случилось под Таллином. О британском принце и его силах, о приходе Императора, о своем бегстве и том, что несмотря на определенное преимущество Генрих Йоркский не рискнул устроить полноценное противостояние с Николаем Третьим. О силе Императора и факте того, что он тоже реинкарнатор, разумеется, молчать тоже не стал. А под конец, для полной ясности рассказанного, ретранслировал посредством Силы Души всем присутствующим свои ощущения и наблюдения по аурам двух новых Великих Магов.