Начать мы решили с последней жертвы — дочери градоначальника Феодосии. Светлана Хорькова приезжала в гости к подругам. С ними, конечно, уже отработали коллеги, тот же Филиппов, но он-то не знал, какие вопросы нужно задавать. Просто по причине того, что искал совсем другое.
— Это здесь, — следователь остановил машину, служебный «Новгородец», у небольшого каменного домика, увитого плющом и со всех сторон обсаженного розами. — Наталья Стрельцова, близкая подруга Светланы. Я ей позвонил предварительно, она нас ждет.
— Чудесно, — отозвался я. — Иди первым, Алексей, она тебя уже знает.
Наталья приняла нас на улице. Здесь, под навесом, имелся садовый стол со стульями, на которых мы и расселись. Не понимаю, как люди могут жить в таких вот местах — в провинции у моря? Здесь, кажется, даже воздух пропитан особым запахом неги и безделья. Очень мешает сосредоточиться на работе!
Наша свидетельница была не из тех девушек, про которых можно сказать — красавица. Максимум — миленькая, да и то представляю, сколько трудов каждое утро это ей стоило. Излишне пухлые руки, маленький безвольный подбородок, глаза-пуговки, обрамленные слишком густо накрашенными ресницами. Волосы — да, вот они были роскошными. Настоящая волна цвета старой бронзы.
— Я же все уже рассказала, — начала девушка, как и всякий свидетель, опрос которого проводится повторно. — Мы отметили Женькин день рождения, после чего Светка уехала. Ну, я думала, что она уехала. Потом, когда ее отец позвонил на третий день и стал спрашивать, куда подевалась его дочь, я и узнала, что она здесь осталась. А когда ее нашли и сказали, что она таблеток наглоталась…
В этом месте из глаз девушки полились слезы. Алексей деликатно протянул ей платок, я же внутренне сморщился. Девчонка лгала. Нет, скорее всего, она не имела никакого отношения к смерти подруги, но этот вот ее плач, он был неискренним. Наталья не горевала по подруге.
Светлана — я смотрел ее фотографии — была принцессой. Дочь состоятельных родителей с хорошей наследственностью и толстым кошельком, который помогал эту самую наследственность подчеркивать. Как всякая принцесса, она выбирала в подружки тех, на чьем фоне выглядела бы еще более привлекательно. То есть не особенно красивых девушек. Думаю, большинство подруг это прекрасно понимало. Но мирились с таким подходом, поскольку и им отблесков славы принцессы перепадало.
— Наталья, вы имеете отношение к смерти Светланы? — спросил я в лоб. Об ответе я догадывался, но для очистки совести требовалось проверить все до конца.
На миг всхлипы прекратились, и в меня вонзился гневный взгляд девушки.