Псина среагировала на мое движение молниеносно! Исторгнув из глотки жуткий вой, бестия рванула вниз. Повинуясь инстинкту, но никак не разуму, я ринулся навстречу и буквально в ту же секунду, как тварь приземлилась на все четыре лапы, хорошим пинком по ребрам сбил ее с ног, ухватил один из стоящих тут же мусорных баков за обе ручки — и швырнул в чудище.
И, кажется — перебил гадине хребет, потому что теперь псина сучила задними ногами, а змея на ее жопе еле дергалась. Я с каким-то чувством внутреннего удовлетворения прыгнул ей на оскаленную морду, жалея только о том, что у меня вместо дурацких сланцев не какие-нибудь бронированные тяжеленные боты.
Черепушка твари все равно хрустнула — веса и силы ног хватило, но ощущения были мерзкие.
— Я заснял! — заорал какой-то гоблин, который скрывался в куче мусора. — Заснял!
Вот ведь маленькие засранцы! Наподдам я им, как вернусь в гостиницу! Похоже, моя злоба легко читалась на лице, потому как гоблин сдриснул во глубину мусорных недр со скоростью света.
— А теперь отнеси меня в квартиру, — сказала вдруг рыжая незнакомка. — Я вообще-то босиком, а тут кругом грязь и кровища.
— Э-э-э-э… — Я осмотрел всего себя с сомнением.
На мне тоже было полно грязи и кровищи.
— У меня большая ванна. И стиралка имеется. Приведешь себя в порядок! — безапелляционно заявила молодая женщина и протянула ко мне руки. — Давай спасай меня уже до конца, если взялся.
— Я? — Мои брови взлетели. — А с другой стороны…
Вот везет мне на этих рыжих! Тем паче эта активная дамочка явно не торопилась пугаться моих урук-хаевских статей и зверской рожи. Черт возьми, у нее в глазах даже мелькал вполне определенный интерес! Неужели она из той породы баб, которым нравится, когда мужики за них дерутся? А если и так — то с какой стати я должен быть против?
Ее звали Кристина, у нее был четвертый размер груди, классная задница, тонкая талия и бешеный темперамент.
Эта дамочка совершенно точно знала, чего хотела: не терпящим возражения тоном она вынудила меня отнести себя в ванную и сказала, что стрельбы больше не слышно, а значит — всё кончилось и торопиться пока что некуда. А потом, явно противореча своим словам, быстро и сноровисто принялась снимать с меня футболку и всё остальное, даже не пытаясь скрывать свои намерения. В общем — мы устроили в ванной прямо под струями душа настоящий разврат, а потом повторили всё на широченной кровати, и на диване, и на подоконнике.
Спустя минут сорок я в одних трусах сидел на кухне, на единственном уцелевшем табурете, ел пельмени — у Кристины в морозилке оказались какие-то невероятные залежи драгоценных в здешних местах мясных полуфабрикатов — и запивал их пивом из стеклянной бутылки.