Он сунул меч обратно в нишу в стене, закрыл панель, распрямился и вышел за дверь. Я поспешил за ним.
— Какие у вас планы на будущее? — уточнил он. — Вы остаетесь на территории действия сан-себастьянского сервитута?
— Видимо, да, — замялся я. — Всё произошедшее — большая неожиданность, и я…
— Да мне похер на твои переживания, орк. Работа есть? — Он был довольно прямолинейным, этот Перепелка.
— Есть, — кивнул я.
— Где?
— У Фрица Дюрхден… Дюрхрен… — Не запнуться на фамилии гнома было невозможно.
— У Хуеморгена в закусочной?
— Ну да.
— Проверю. Жить будешь тут? — Он сменил официальный тон с условно-официального на очевидно-высокомерный довольно неожиданно: — Если не тут — до конца месяца должен сообщить мне, куда переехал, чтобы я не носился по всему району. Я тут на Маяке поставлен участковым приставом, на сайте управления полиции легко найдешь, как со мной связаться… Или ты в Сети не того? Ой, да мне похер, если честно. В общем — если не сообщишь, лишим вида на жительство и депортируем… за пределы сервитута! А там к вашему брату-уруку совсем другой подход! Живо в бараний рог согнут!
Я криво усмехнулся. Согнут, как же!
— Не скалься мне тут, весельчак! Пошли косточки твоего учителя перебирать!
Вахмистр Перепелка за пару секунд нашел во дворе среди груды пепла пополам со жженой резиной то, что его интересовало, упаковал какие-то куски костей в полиэтиленовый зип-пакет, погрозил кулаком прячущимся по углам гоблинам: мол, «вот вы все где у меня» — и зашагал к выходу.
— Если это не Резчик — так и знай… — обернулся в последний момент полицейский.
— Лишите вида на жительство и депортируете, я понял. Скажите, вахмистр, а тут так со всеми? Регистрация, проверки вот эти?
— Нет, — отмахнулся он. — Только с теми, у кого кожа крепче кевлара, вместо ног и рук — гребаные домкраты, в башке нет ничего, кроме жажды убийства, а вместо сердечка — гранитный камушек в груди, ять! Какого хрена я вообще тебе это объясняю?.. Короче: родиться уруком — тяжкое бремя. Ты в дерьме по праву рождения! Вот был бы ты сексуальной белокурой авалонской эльфийкой — торговал бы своим распрекрасным хлебалом, и греб деньги лопатой, и все бы тебя любили. Но — увы и ах!
Полицейская машина вахмистра Перепелки напоминала скорее бэтмобиль — огромная, черная, с орлами на дверцах, красно-синими проблесковыми маячками на крыше и мощным бампером-кенгурятником. В здешнем Государстве Российском стражи порядка явно не бедствуют! Водил усатый киборг-полицейский лихо: стартовал с пробуксовкой и умчался вдаль по Проспекту, разогнавшись до первой космической скорости секунды за четыре.