— Вот, попробуй! — я водрузил перед дедом две стеклянные банки, каждая объёмом в горшок.
— Что это? Отравить меня вздумал? Сам сначала попробуй. А то принёс невесть что и на старике испытать хочешь?
Я молча пожал плечами и насыпав в тарелку две ложки содержимого первой банки, залил всё это дело кипятком из чайника. Начал размешивать, и по дому поплыл аромат горохового бульона. Добавил в получившуюся смесь маленьких сухариков и с аппетитом принялся есть.
— Пахнет как гороховый суп твоей бабули. Две ложки, говоришь? — Дед Кауко придвинул к себе банку, подозрительно понюхал содержимое и, решившись, повторил мои манипуляции. — А вкусно. Как настоящий суп, только без картофеля. Как это у тебя получилось, и что во второй банке?
Во второй банке был сухой свиной бульонный концентрат. В отличие от горохового, мне его пришлось готовить дважды. Первую порцию, когда я начал тушить мясо с овощами, у меня стянули родственники. Как вспомню, так хоть смейся, хоть плачь.
Затеял я готовить на рождественских каникулах сразу после обеда. Ну, думаю, раз все пообедали, то меня никто не потревожит. Матушка с бабулей что-то на машинке строчили в спальне, Лукас и Петер в дальнем углу кухни пристроились делать школьную домашку, которую им задали на каникулы — выводить прописи. Анью, сестрица моя, стиркой занялась. На улице мороз, вьюга, да и сумеречно уже. А дома тепло, уютно и пахнет вкусно.
Стою у печи, перемешиваю мясо с кусочками тыквы, кабачка, моркови и лука. Сверху, над головой, тепло знакомое разливается, значит тонтту пристроился и наблюдает. Интересно ему, наверное. Он частенько так надо мной зависает.
И тут, началось. Первым был Микка, которому стало скучно дома, и он приперся к нам. Даже снег как следует не отряхнул с одежды, а сразу стал канючить попробовать. Мне не жалко было, отрезал хлеба и соорудил ему бутерброд. Следующими стали Лукас с Петером, которые увидав, что я раздаю что-то вкусное, бросили домашнее задание и рванули к нам. Пришлось и их наделять. А затем подтянулись мама с бабой Юттой и отобрали у меня уже всю сковородку с содержимым.
Мои возражения, что это надо для опытов, привели только к тому, что я получил от бабули полотенцем по шее, а матушка заставила записать рецепт. Зато на высушенные в печи блины из вываренного и растолчённого гороха никто из них внимания не обратил.
— А ты попробуй, — придвинул я деду вторую банку и водрузил чайник на примус.
Подождав пока чайник закипит, старик попробовал и вторую мою смесь, и остался очень доволен.
— Вкусно-то оно, вкусно. Вот только зачем ты мне сейчас это показываешь? Я же тебе человеческим языком сказал, что денег у нас нет, и они, ещё не скоро появятся. Ты же в курсе за сколько сразу дел мы взялись.