Как выяснилось позже, полковник Теслефф попал в германский плен ещё в прошлом году, при оставлении Вильны. Помыкавшись по нескольким лагерям для военнопленных, он согласился принять участие в вооружённом мятеже на территории княжества. После чего был переправлен сначала в Стокгольм, а затем и в Гельсингфорс. При занятии здания университета он не придумал ничего лучше, чем взять в заложники преподавателей и студентов.
И именно действия полковника Теслеффа поломали все наши, заранее составленные планы. Поэтому Артур и прислал мне сообщение с упоминанием плана номер три, намекая на то, что всё пошло не так, как мы планировали.
На беду полковника среди захваченных им студентов оказались и три его племянника — Том Теслефф, Юхан Хакман и Берндт Фростерус. Они-то и оказали влияние на своего непутёвого дядюшку. В следствии чего он, ничего не объясняя своим подельникам, покинул здание Александровского университета и сдался нашим стрелкам. Обезглавленный мятежный отряд, состоявший в основном из ратников гражданской обороны, после недолгих споров последовал примеру своего командира. Так что к моему приезду оставалось только две точки мятежа: забаррикадировавшийся отряд гвардии в здании парламента под командованием Маннергема и германцы, засевшие в Брунспарке.
Последние тоже действовали не так активно, как мы рассчитывали. Переправившись с острова Никольского по наплавному мосту, они, вместо того, чтобы направиться в сторону правительственного квартала и штурмовать «Обсерваторный холм», начали расползаться в разные стороны. Одна часть попыталась захватить особняки на Восточной Аллее, а другие направились на запад, в сторону Страндпарка.
Но подрыв нашими сапёрами наплавного моста, видимо, смешал им все карты. Германцы остановились и, оттянувшись в Брунспарк, стали создавать круговую оборону, не прекращая попыток выбить пионерские отряды из вилл за Восточной Аллеей. Пока у них была артиллерия, они смогли потеснить наши отряды. Но как только авиаторы разбомбили их девять трёхдюймовок, то сразу и пыл у них пропал.
А когда к месту боя подошли огнемётные танки и стали выжигать траншею за траншеей, то немцы тут же выкинули белый флаг, предложив переговоры. Этот момент я и застал, как только оказался в нашем штабе обороны. Присланный от германской стороны на переговоры капитан, представился как Хайнц Гудериан. Я сразу сделал стойку, как только услышал его имя, и вмешался в разговор между ним и генералом Франссоном.
— Господин генерал, подождите минутку. Я хочу кое-что уточнить у капитана.