Последние слова были чем-то похожи на латынь. Или он мне про какого-то кота рассказывал? Пока я предавался размышлениям, мальчишка поднял меня на руки и куда-то потащил. Пришлось, чтобы не сверзиться со своего носителя, обхватить его своими ручонками за шею.
Своими? Я уже признал их своими? Стоп, а о чём я хотел недавно вспомнить? А! Что было до этого всего, детского-лесного?
Помню! А что я помню? Был в магазине. В каком? А оно важно? Нет, наверное. Вышел на улицу и спустился по ступенькам, а на последней поскользнулся. И стал падать назад. А потом головная боль и мельтешение перед глазами. Ну, неудивительно, ступеньки с металлическими уголками. Если ты затылком о такой уголок со всей своей дури приложился, то вариантов всего два.
Первый, я выжил и лежу под наркотой в коме, а все вокруг меня, просто глюки.
Второй, я помер и попал в тело какого-то ребёнка. Судя по лесу кругом и непонятному языку, может даже и не в наш мир. К эльфам, например. Хотя нет, уши у детей вполне нормальные, только довольно грязные. Одно такое я сейчас и наблюдаю, положив свою голову на плечо мальчика. Значит, какое-то средневековье.
Плохо что не в СССР. Я, как раз вчера, закончил читать книгу про попаданца в прошлое. Как он лихо писал книги и песни, зарабатывая многие тысячи рублей. Здесь это точно не получится. Сначала надо будет выучить этот матерно-тарабарский язык.
А что я вообще умею? Петь? Нет, только если в караоке. Вряд ли здесь подобное есть. Могу неплохо печатать на клавиатуре, после многих сотен тысяч комментариев оставленных мной по различным форумам и социальным сетям. Даже несмотря на свои громадные и грубые пальцы. Но вряд ли этот навык здесь востребован.
Я покосился на свою нынешнюю, детскую лапку и непроизвольно скривился, нет, не то. Своими большими и сильными пальцами я запросто откручивал гайки на двигателях. О! Я разбирал двигатели? Точно! Вспомнил! Большущий цех с кучей станков и массой людей, работающих на них. Я разбирал и собирал двигатели. Автомобильные, тракторные, лодочные. Много-много разных. Сливал масло, а потом заливал новое. Менял прокладки и регулировал зазоры в клапанах. Но вот что это за работа, как называется и где находиться, я не помню.
— Олеме мелкиен перила, — прохрипел мне почти в самое ухо несущий меня мальчишка, чем и отвлек от самокопания.
Опаньки, почти цивилизация. Пацан шуровал по хорошо укатанной дороге, местами даже с щебёночным покрытием. Пошли какие-то строения, а вокруг нас заскакали два собакена, дворовой наружности и вроде бы настроенные дружелюбно, вон как хвосты крутятся.