— Понял, спасибо, — кивнул я, стаскивая куртку. — Мила? Саня?
— Внизу оба. Платонов заезжал, но ничего не передавал, сказал, что позже позвонит.
С Платоном все понятно, он уже к следующему выезду готовится.
— Еще звонил некто Оноприенко из… — Димка опять сверился с записями, — Патруля. Землемер. Оставил свой номер, просил с ним связаться завтра после десяти утра.
О, это хорошо. Придется ехать в Силикатку, но туда просто обязательно надо съездить. Да, Васильич нужен, Васильич, с СЭС порешать.
— Продажи были?
— «Бешеный бык» один ушел. Патроны брали. У Сани народ сегодня был, — Димка показал на соседний прилавок. — Закрываемся?
Я посмотрел на часы — ну да, как раз.
— Давай, до завтра. Дядька твой в баре сейчас, если что.
— Не, я пешочком, мне же близко.
Точно, Смирнов где‑то в Лукове живет, а Саня квартирку снимает чуть ли не в том самом доме, где раньше Мила жила.
Я спустился в подвал, где и застал Милу с Саней. Ожидал увидеть их в трудах, а вместо этого Мила какой‑то пирог резала, а Саня пристально наблюдал за процессом.
— Скаталась в кондитерскую, — объявила Мила без всякого вступления, когда я зашел в мастерскую. — Сладкого захотелось.
Ага, и чай с лимоном ожидается. Вполне даже ужин.
— Замечательно, — я повесил куртку на вешалку. — Устал. Отвык над бумагами весь день сидеть.
— Нашли что‑нибудь? — спросил Саня.
— Вот именно что «что‑нибудь», — выдохнул я, заваливаясь в свое кресло. — Что‑то нашли, а вот что — хрен его разберет. Там еще работы и работы. Кстати, любимая, — я потянулся за сумкой и вытащил сложенную карту. — Тебе это ничто не напоминает? — и с этими словами развернул.
Мила посмотрела задумчиво, чуть покусывая нижнюю губу, потом сказала:
— Я ее видела. И видела, как он с ней работал, эти цифры писал.
— А откуда писал?
— Не знаю, — она развела руками. — Я же сама не слишком интересовалась. Из каких‑то своих записей, из тетради. Вспомнила.
Из тетради. А все записи и тетради уже того…
— А в тетрадь он что писал? — спросил я без всякой надежды.
— Ни малейшего представления, — отрезала Мила. — Пирог‑то будешь?
— Буду, конечно. С чем хоть?
— Орехово‑морковный.
— Фига себе, — осталось мне лишь поразиться.
Пирог, кстати, оказался на диво вкусным. Без всяких начинок, лишь плотное вкусное тесто с грецкими орехами вперемешку. Под чай так самое оно. Орехов много. Кстати, почем они оптом идут? Ладно, не наш профиль.
Хмель
7 мая, четверг
Во вторник проснулся поздно и до обеда без особого фанатизма разбирал поднакопившиеся дела. Во второй половине дня пообщался с Тамарой Павловной, на этот раз настоящей — дородной теткой лет пятидесяти с обесцвеченным ежиком коротких волос, которая приехала из Лудина по каким‑то своим делам и попутно заглянула ко мне. С ней просидели над бумагами до позднего вечера, согласовывая цены, сроки и объемы поставок и оговаривая необходимое качество снежных ягод. Очень конструктивно поговорили, у меня как‑то даже от сердца отлегло.