— И какие же они эти принципы? — спросил я, пользуясь тем что иной сам начал рассказ.
— Первое, это люди. Они обещали не вмешиваться в дела иных и не развоплощать их сущности, не имея на то веских причин. Второе это тёмные, они обязуются не использовать тела людей без острой необходимости. Не плодиться по средствам контролированного вызова, таких как они, из серых пределов и не позволять членам своей многочисленной фракции, совершать опасные ритуалы и создавать рукотворные аномалии. Третья сторона, это мы светлые. Мы обязаны помогать одарённым силой людям развиваться, строго следить за своей популяцией и не уничтожать тёмных без разрешения человеческих правительственных структур.
— Как-то для темных всё размыто. То есть они могут пользоваться людьми, но не массово? — подметил я, уловив некий дисбаланс в обязанностях.
— Да есть такое. Но иначе с ними нельзя. Для того чтобы договориться со злом, люди и светлые, были вынуждены бросить им кость. Такова уж их тёмная сущность, не имея форы, они бы не согласились — признался Ювелир.
— И зачем же такие сложности? А не проще их просто уничтожить? — задал я следующий, напрашивающийся вопрос.
— Уничтожить! — воскликнул Ювелир и его глаз ярко сверкнул белым. — Это очень радикально. К тому же, если бы мы совместно с людьми начали их уничтожать, то они бы ушли в подполье и начали гадить на каждом шагу, порождая аномалии и проводя ритуалы, подчиняющие десятки тысяч людей. Подобное уже пытались проделать в некоторых африканских странах и это закончилось чередой переворотов и революций. К тому же там расплодились настоящие симбиотические исчадия тьмы, такие как некроманты и пожиратели плоти.
— То есть силой их не победить?
— С помощью имеющихся у нас методов, пока что безусловно нет — уверенно заявил Ювелир.
— А раз невозможно их уничтожить, значит светлым можно пользоваться их методами — сказал я и увидел, как лицо иного напряглось.
— Что ты имеешь ввиду? — спросил он.
— Ну к примеру, использовать людей и высасывать из них жизнь. Разумеется, как ты утверждаешь только во благо.
— Мне неприятно это делать. Но как я уже говорил по-другому нельзя. К тому же это мне разрешают делать сами люди. И я уж точно этим правом не злоупотребляю — возмущённо заявил Ювелир.
— Конечно. И как же ты хотел поступить с Наташей, её матерью и доктором Кацем?
— Я же тебе обещал, что их отпущу, но немного попозже.
— После того что я видел, и ты со мной сделал, я не верю ни единому твоему обещанию. Все твои слова, это обещанки-жданки дуракам радость — сказал я и покачал головой. — Так что извини иной, но пока ты этого не сделаешь в реальности, я тебе никогда не поверю.