И не только наших: из соседних башен подтягивались желающие. А мы не отказывали, понимая, что не всем повезло заполучить талантливого наставника. Чем лучше подготовлены бойцы в соседних башнях, тем проще будет нам самим.
К десятому дню мы вооружили новыми щитами всех в сотне. Кузнец и плотник работали, не покладая рук. Щиты были овальные, высокие, почти в рост человека, обитые железными полосами, снятыми с дверей и ставней. Тяжёлые, зато надёжные.
Беспризорники, которых мы приютили, кстати, помогли мастерам. Таскали материалы, подавали инструменты, а заодно учились ремеслу.
К сожалению, потери всё равно были. Как ни вооружайся, как ни обучайся, от случайностей не застрахован никто.
В моей триосмии погиб только один ополченец. Молодой парень не справился с пауком на верхней площадке. Прыгнувшая тварь вцепилась ему в лицо. Пока свои смогли помочь, он уже захлебнулся кровью.
Я заменил его одним из прибившихся мужчин — молчаливым и угрюмым. Наверняка промышлявшим до того разбоем. Но сейчас он не пытался задирать других и вписался в состав отряда. У него были шансы, если выживет, переосмыслить свою жизнь.
Другим триосмиям везло меньше. Оти за эти дни потерял троих. Урум — двоих. Ихон ругался на чём свет стоит каждый раз, когда приносили тела, но поделать ничего не мог. Демонов становилось больше, они лезли настырнее, и каждый раз кто-то не успевал, не добивал, ошибался…
Моральный дух начал проседать. Люди молчали за едой, реже шутили, дольше смотрели в одну точку. Даже Гвел, любознательный и общительный, притих. Разве что изредка задавал вопросы строго по делу. Элия, и та, перестала огрызаться, когда её называли девчонкой.
А на тринадцатый день поставка не пришла.
Обычно телеги приезжали к обеду. Привозили запас продуктов, воды и немного лекарств. Лом и оружие нам и так больше не доставляли. Хорошо ещё, мы собрали достаточно, чтобы хоть на этот счёт не беспокоиться.
В этот же раз полдень минул, а телеги на улицах не появились. И беспокойство, естественно, испытывали не только мы, но и соседние башни.
Мы ждали. Ихон метался по верхним ярусам, рассматривая дорогу к Кирпичному кругу. Однако там по-прежнему было пусто. Лишь лёгкий ветерок гонял пыль по мёртвым улицам.
— Ишер, надо бы проверить, что там случилось! — сказал Ихон, когда после обеда минуло два гонга. — Ещё есть время сходить к Кирпичному кругу и вернуться. Возьми свою триосмию, проверьте все прямые пути. У меня сердце от того, что телег нет, не на месте.
Мы выступили через чашу, которая понадобилась, чтобы собрать бойцов и выгнать из башни.