— Залп! — скомандовал Вихан.
Баллиста хлопнула, выплёвывая сияющие бледно-зелёным шарики. Их хватило, чтобы осветить пустыню на пару сотен скачков вокруг.
Честно говоря, даже мне стало не по себе. Орда была везде. Вот только вела она себя иначе. Не так, как в предыдущие ночи.
Впереди, обгоняя основную массу, мчались пауки. Они неслись быстрее ветра, их крючковатые лапы вздымали тучи песка. В воздухе, закрывая небо, кружили ахалги — сотни и сотни ахалгов.
А в толпе песчаных людей я заметил тех, кого раньше под Илосом не видел. Зато насмотрелся в Кечуне. Дуары. Они шли строем. Десять демонов в ряд, шесть рядов в глубину. Чётко, ровно, как обученные солдаты.
Человеческие фигуры в жгутах псевдоплоти. Она обвивала их мёртвые тела, как верёвками. На левой руке у каждого — щит, тёмный, поблёскивающий в свете огней. В правой — мечи или короткие копья. На груди — нагрудники из той же материи, на головах — шлемы. Глаза горели алым, ровным, немигающим светом.
На вид доспехи и оружие будто сделаны из обсидиана. Но я знал, что это тоже псевдоплоть. Другая её форма — более плотная, более твёрдая.
— Боги… — выдохнул кто-то рядом.
— Это дуары, — сказал я громко, чтобы слышали все на площадке. — Настоящая пехота орды. Идут строем, неплохо сражаются оружием. У них хорошая реакция, и они не знают страха.
— Как их бить? — напряжённо спросил Ихон, вставая рядом.
— В живот. Там у них средоточие, — ответил я. — Надо подобраться так, чтобы нагрудник не мешал. Пробить его очень сложно. Для этого надо очень сильно ударить. Лучше пытаться проткнуть снизу, сверху или через подмышку.
— А если щитом прикроются? — подал голос Гвел.
— Тогда бей по ногам, — посоветовал я. — Лишай подвижности. Упавшего дуара добить легче.
Внизу, под стеной, вцепились в каменную кладку первые пауки. Они побежали по стене легко, как по земле, стремительно растекаясь в разные стороны. Часть из них спешила прямо к нашей башне.
— К бою! — хрипло заорал Ихон, доставая меч.
И шагнул к краю площадки, глядя вниз. Туда, где в зелёном свете шептаного огня подходили к стене первые ряды дуаров.
Их алые глаза горели ровно, как у механизмов. Они не кричали, не выли. Молча шли убивать, под прикрытием низших демонов.
Ахалги обрушились сверху, как камнепад. Я даже не успел среагировать. Просто услышал свист крыльев и чей-то крик. Тень, задев меня крылом, вцепилась в одного из ополченцев.
Я рубанул топором наотмашь. Лезвие, войдя в кожистое крыло, перерубило тощее тело. Ахалг раскрошился чёрной пылью. Ополченец рухнул на колени, зажимая прорванную щёку.