Конечно, на востоке людям повезло ещё больше. Там наверняка и в следующую пару ночей будет спокойно. Но все мы понимали: в восточные башни заселились другого полёта птицы.
А следующим днём мы заметили под стенами гухулов. Небольшой отряд этих высших демонов-разведчиков обходил Илос по кругу. И это было плохо, что я и объяснил своей сотне. Гухулов высылают на разведку днём, чтобы ночью атаковать большими силами. И с участием высших демонов орды.
Среди «высших» хватает самых разных тварей. Есть такие, кто пострелять может. Есть с тяжёлым вооружением. Есть те, кто ни в чём не уступает людям. И строем ходить умеет, и на военные хитрости способен.
В итоге, день мы посвятили сбору оставшихся припасов. Одни тащили всё, что представляло какую-нибудь ценность. Другие — сортировали добычу внутри башни, раскладывая по углам. На первом ярусе место теперь оставалось только под еду и воду.
Воду, к слову, тоже находили. Даже если успела стухнуть, несли в башню. Можно использовать для умывания. Можно прокипятить, отфильтровать через песок и снова использовать.
Вечером, когда на город обрушился холодный ветер, пески начали оживать. То тут, то там мы замечали демонов, которые не боятся вечернего солнца. Гухулов вокруг внешней стены вилось множество. Ихон заставил всех поспать перед закатом хотя бы три-четыре часа, чтобы ночью могли отражать нападение.
Мы готовились к этой ночи, как могли. Оставалось надеяться, что наши приготовления не обернутся пшиком.
Глава 51
Ночь опускалась на Илос. Солнце закатывалось за горизонт. Небо окрашивалось в багровые тона. Ветер изгонял тепло из нагретой за день каменной кладки.
Все мы стояли на местах. На шестом ярусе, у выходов из башни на стену — по два бойца с топорами или мечами. За ними — семеро копейщиков. Трое на колене в первом ряду, четверо за ними, копья — поверх голов сидящих. Тот же царский строй, видоизменённый под наши нужды.
Внизу, на самом первом ярусе — такой же отряд. На случай, если выбьют окованную железом дверь снаружи, из Глиняного круга.
На верхней площадке, под открытым небом, оставшиеся бойцы. Я в том числе. Нам предстояло прикрывать шептуна и расчёт баллисты.
Глядя на эту открытую площадку, я мысленно выругался. Ни крыши, ни навеса — ничего, что защитило бы от ахалгов. Тот, кто проектировал башню, не думал о врагах, пикирующих с высоты.
Люди Вихана уже зарядили баллисту. Рядом стояли корзины с глиняными шариками, над которыми колдовал Мирим. Бойцы тревожно поглядывали в темнеющее небо.
Я посмотрел на запад. В сгущающейся темноте песков наметилось шевеление.