Ветер переменился незадолго до рассвета. Ударил по стене, налился силой. И враг пошёл в последний натиск. Живые лестницы из песчаных людей росли прямо на глазах. Следом, из глубины тьмы, выступили великаны.
Я увидел их сразу — их невозможно было не заметить. Огромные, скачков в семь-восемь высотой, с угловатыми телами. Четыре короткие, но мощные ноги несли это чудовище. А две длинные руки заканчивались кулаками размером с телегу. Свисали они почти до земли.
Кожа — тёмно-серая, бугристая, как старая кора. И головы — маленькие, непропорциональные, без рта. Только шесть глаз, горящих тусклым светом. Сразу стало понятно, кто топотал по городу прошлой ночью и чуть не пробил стену. Хорошо, что не заглянул к нам на склад. Такие хлипкие постройки этим демонам — один раз в ладони хлопнуть.
— Бурусы! — заорал я, поворачиваясь к Ихону. — Бурусы, сотник! Уязвимы для баллист! Глаза! И суставы на ногах! А убивать только ударом в подмышку! Там средоточие!
Ихон понял мгновенно. Он поднял жезл и закрутил им над головой, подзывая вестового. После чего нашептал ему послание, и быстроногий парнишка, сорвавшись с места, исчез в темноте.
— Слышали все? — заорал я своим. — Бурусы! Не лезьте в лоб, только в суставы бейте! И в глаза! А если кто подберётся сбоку, цельте в подмышку!
— Ишер, мне кажется… — начал Тавр.
— Знаю, — тихо оборвал я. — Только баллисты могут их остановить. Нам просто надо продержаться. Держим остальную мелочь и верим в чудо.
Я глянул на башни. Там, на верхних площадках, разворачивали баллисты в сторону великанов. Шептуны, опасно стоявшие на краю, поднимали руки, готовя заклятия.
— Продержаться! — заорал я, понимая, что больше ничего не остаётся. — Продержаться до рассвета!
Орда обрушилась на нас.
Ахалги посыпались сверху, как град. Я рубанул топором, сбивая одного, второго, уходя от третьего. Рядом Элия, бросив копьё, схватилась за кинжал, но Аримир уже прикрывал её, яростно кромсая тварей.
Я бил топором, снова и снова, чувствуя, как обжигает тепло в руке. Топор пел, но и мои силы уходили с каждым ударом. Следом за ахалгами навалились пауки, сплошным ковром взобравшиеся по стене.
Баллисты били в бурусов болтами и не могли нам помочь. Один из великанов покачнулся, когда болт вонзился ему в ногу, но всё-таки устоял, зараза. Второй, третий — бесполезно. Бурусы неумолимо приближались, не обращая внимания на раны.
Шептун на левой башне взметнул руки, и волна света прокатилась вдоль стены, ослепляя врага. Ахалги рассыпались прямо в воздухе. Пауки замедлились, позволяя точнее бить в сосредоточие. Я рубил, отбивался, но понимал: если великаны доберутся до стены, всё будет кончено. Ни наши топоры, ни копья не остановят их. Только баллисты.