Все боеприпасы к пулемётам тоже отправляются в кузов, а затем туда же попадают все образцы лёгкого ручного вооружения и пригодная для эксплуатации экипировка, а также личные вещи безвременно почивших.
В кузове КАМАЗа не обнаружилось нихрена, кроме цепей, прикреплённых к полу. Сразу понятно, для чего именно они собирались его использовать…
— Хорошо зафиксированная женщина в предварительных ласках не нуждается, ага-ага… — произнёс я задумчиво.
Осмотревшись по сторонам и поняв, что я ничего не забыл, стаскиваю тела к КАМАЗу, после чего затаскиваю их в кузов.
Полив брезент жидкостью для розжига, подпаливаю его зажигалкой и отхожу на десяток метров. Надо проследить, чтобы не потух, а то не хочу прикармливать местных зверей мясом в стадии готовности блю. (3)
Местных зверей лучше не раскармливать, так как неизвестно, что могут, а чего не могут КДшники Ашхабада. Может, они совсем слабы и помрут от разожравшихся псин? Мне они особо сильными не показались — в ходе того маленького недопонимания я вообще не напрягался.
А вот персы продемонстрировали, что не зря они столько времени кошмарили Ашхабад — жёсткие типы…
КАМАЗ, тем временем, разгорелся, тела персидских КДшников взялись пламенем и добавили температуры, а затем взорвались бензобаки и дело пошло совсем весело.
Закончив тут, я сел за руль Тундры и поехал обратно в Ашхабад, чтобы отчитаться о проделанной работе…
*Туркменистан, город Ашхабад, Абаданский этрап, поселение
Джемгыет
, 14 января 2028 года*
— Откуда у них Браунинги? — спросил Фазан, посмотрев в кузов Тундры.
Он прилетел в Ашхабадский аэропорт — у него стабильные рейсы из Волгограда в Туркменбаши, а иногда и в Ашхабад. Возит он так, преимущественно, грузы, а обратно возвращается с людьми, желающими покинуть этот город.
— Вот, знаешь, забыл спросить у них, — саркастическим тоном ответил я. — Я не знаю, откуда у них Браунинги, блин.
— Вероятно, это взято из армейских запасов, — произнёс задумчивый Ронин. — А это плохо.
— А откуда у иранских армейцев эти пулемёты и Хамви? — спросил Фазан.
— Возможно, передали талибы, — пожав плечами, ответил Ронин. — Нет, не возможно, а точно передали талибы.
— Интересно, — произнёс я. — Ну, ладно, короче — принимайте трофеи, а я пойду приму душ, поем, посмотрю фильмец на телефоне…
— Да, как скажешь, — ответил Ронин и взялся за М2 Браунинг.
— Что вы хотите за эти пулемёты? — спросил какой-то старик, подошедший к нам.
— К сожалению, не продаются, — сказал я.
Но старик напрочь проигнорировал меня и продолжил смотреть на Ронина.