Впереди едет целый Humvee, оборудованный 12,7-миллиметрового калибра пулемётом М2 Браунинг, а за ним следует КАМАЗ-43114, Тойота Хайлюкс с М2 Браунингом на станине, и Тойота Тундра с крытым кузовом.
Замираю и задерживаю дыхание, предельно сфокусировавшись на Хамви.
Когда он оказывается в зоне поражения, я нажимаю на пульт и происходит громкий взрыв.
Хамви скрывается за облаком дыма, но затем в него врезается КАМАЗ и выталкивает его дальше.
КАМАЗу тоже серьёзно досталось, как я успел заметить — часть осколков поразила совершенно беззащитную кабину, поэтому водитель либо мёртв, либо очень тяжело ранен. Скорее, что более мёртв, чем жив.
Открываю огонь из «Печенега».
Бронебойно-зажигательные пули строчкой прошивают корпус Хайлюкса, а затем такая же строчка проходится по Тундре.
Следующей очередью я поражаю кузов КАМАЗа, потому что полагаю, что там находится основная масса боевиков.
Уведомления смахиваю, чтобы не мозолили глаза, и продолжаю высаживать боекомплект по персам в автомобилях.
Краем глаза замечаю, что Хамви загорелся, а КАМАЗ поехал дальше и сошёл с трассы на повороте, рухнув во впадину. Грузовик пропал из виду, но я не думаю, что там кто-то выжил.
Переключаюсь на ИК-зрение, чтобы заметить каждую мразь, что посмела пережить мою неприцельную стрельбу.
Убить всех я просто не мог, поэтому вообще неудивительно, что из внедорожников вылезли несколько человек, открывших по мне ответный огонь.
Срезаю одного перса короткой очередью и смахиваю очередное уведомление, а затем валю ещё двоих, одной длинной очередью на 15–20 патронов.
Из впадины выбирается какой-то окровавленный тип в военной форме и тяжёлом бронежилете, с РПГ-7 на плече.
Сразу же перевожу огонь на него, потому что у меня аллергия на гранатомёты, но перс совершает мощный прыжок и стреляет из РПГ-7 прямо в воздухе.
Я совершаю рывок назад и врезаюсь спиной в скалу, а спустя доли секунды на месте, где я только что был, взрывается противотанковая граната, которая разметала моё импровизированное укрытие по всему шоссе.
Один из камней, которые я бережно сложил в баррикадку, врезался мне в грудь, но я почувствовал лишь ощутимый толчок, а затем возобновил огонь по персидскому КДшнику.
Тот, как я понял, имеет способность, связанную со сверхдальними прыжками, поэтому активно скачет по шоссе и камням, затрудняя мне прицеливание.
Остальные выжившие персы заняли оборону среди камней и открыли по мне концентрированный огонь, поэтому я, получив несколько плюх по бронежилету, рукам и ногам, применил рывок и прыжком взлетел на холм за моей спиной.