— У Козельского все, — сев в кресло, продолжил князь. — И вообще, как выяснилось, вся эта инициатива от начала и до конца принадлежит ему. Его план и называется он «Операция Гром». Глория лишь подхватила замысел Козельского, потому как он ей очень понравился. Разумеется, в этом деле теперь уже замешан не только Козельский, но и все окружение Глории. Но все ниточки в руках Григория Юрьевича. Еще как выяснилось многие документы, собранные им, ложные. Ведь понимаете, на этого мерзавца работает все огромное Ведомство Имперского Порядка. Под ним не только полиция, осведомители и тайные агенты, но и силы, которые за рамками закона. Путем подкупа, обмана, запугивания Козельскому удалось получить показания от весьма влиятельных людей, при чем эти показания нам очень не на пользу. На их основе они попытаются обвинить Дениса Филофеевича в создании «Сириуса» с целью дворцового переворота. Абсурдно, но очень похоже, что по этому пути они собираются пойти. У них есть письменные свидетельства и подставные фото. При чем, многих людей, которые давали ложные показания уже нет в живых. В общем, очень темная, грязная история. Подробностей я, увы, не знаю. Да и невозможно их выяснить.
— Эти свидетельства, показания, документы — все это вообще уже у Глории? — спросил я, когда князь замолчал.
— Пока у Козельского. Он еще что-то там собирает для верности, — пояснил Борис Егорович. — Знаю, что его люди пытаются склонить на свою сторону князя Вершинина и еще кое-кого из его окружения. Думаю, Козельский даст ход делу сразу, как император вернется в Москву. Точно знаю, что ему очень важно было выиграть время, хотя бы еще несколько дней. Именно поэтому Глория увезла Филофея Алексеевича подальше от столицы, а наш глава Ведомства Имперского Порядка со всей прытью взялся доделывать то, что еще не успел. И повторюсь: большинство показаний и доносов, которые собрал он, ложные. Из тех людей, которых привлекал Козельский, некоторые убиты или куда-то исчезли. Кстати… Ты, как я знаю, с недавних пор знаком с князем Мышкиным. Ведь на него тоже было покушение. Возможно, Мышкин как-то связан с этой историей. Тем более он в родстве с Козельским.
— В родстве⁈ — я переглянулся с Ольгой. Она тоже была изумлена.
— Да, это не все знают, потому что между их семьями в прошлом были натянутые отношения. Но после смерти родителей, кстати странной, Мышкин Геннадий Дорофеевич и Козельский несколько сблизились, — Ковалевский взял со стола запищавший эйхос и проверил сообщения.
— Буду иметь в виду, — после этой неожиданной новости, мне подумалось, что князь Мышкин, который ныне Родерик, снова может быть мне полезен. И я сказал? — Если все это у Козельского, а не у Глории, тогда дело несколько проще. Разрешите? — я достал из кармана коробочку «Никольских».