Вот это он завернул: «магическая составляющая атаки здесь очень выражена»! Я даже усмехнулся, хотя было совсем не до смеха.
— Эдуард Борисович, у меня не очень хорошие отношения с Верховной Коллегией. Я бы не хотел видеть их в своем доме, — сообщил я, отводя дальше от облепленного паутиной хоррага.
— Сожалею, ваше сиятельство, но это обязательная процедура, установленная императорским предписанием 128−16-МС еще от 26 февраля 4 123 года. Если на высокого дворянина, находящегося на императорской службе, или его семью совершается нападение с использованием магии, то в расследовании обязательным образом принимают участие представители Коллегии Имперских Магов, — пояснил он. И, как бы извиняясь, добавил: — Кто же выяснит, какие магические силы здесь были задействованы? Каков характер их был? Не я же это выясню. Тут нужны опытные специалисты.
— Это выясню я. Вернее, выяснил с самых первых минут. Эти придурки в рясах здесь совершенно не нужны. Но если вам так важно соблюсти протокол, то пусть будут, — нехотя согласился я, повернул голову и увидел как раз одного из названных придурков: седой, лет пятидесяти с лишним, в черно-бархатной мантии с серебряной вышивкой-руной. Рядом с ним стоял щуплый паренек, с сальными волосами и застенчивым взглядом — видно прислужник.
— Вот они из Коллегии и есть там еще двое внизу, — тихо известил меня Куликов. — Этого величать магистр Анусис.
— Как? — не понял я. — Анус… Сис?
— Магистр Анусис! — раскатистым и недовольным баском, поправил меня седовласый. — И к вам, ваше сиятельство, у нас имеются вопросы.
— А чего так? — полюбопытствовал я, хотя не желал этого разговора при Елене Викторовне. — Ваш же главный там, Рыков и какие-то еще идиоты угрожали, будто теперь в мою сторону даже никто посмотреть не пожелает.
— Не знаю, что там Рыков. Я представляю Верховную Коллегию, а не лично Гермеса Степановича, — магистр подошел ко мне, держа в руках что-то завернутое в обрывок ткани, испачканной сажей. — У меня к вам, ваше сиятельство, несколько вопросов. Давайте быстро разберемся с ними, мы вам больше не будем мешать.
— Валяйте свои вопросы. Эдуард Борисович, можете пока присесть, — я указал посланнику Варшавского на кресло в дальнем углу комнаты.
— Говорят, здесь были полупрозрачные ацтеки, похожие на призраков. Правда ли это? — магистр проводил взглядом графиню, вышедшую следом за полицейским, и покосился на хоррага, убранного магической паутиной так, что его практически нельзя было разглядеть.
— Были такие. Только это не ацтеки. Это, господин многоумный маг, хорраги. Вряд ли вы слышали о таких существах, — сказал я, отходя к открытому окну.