— Зураб Давидович, — Лосев отозвал корнета к колонне эрмингового распределителя и о чем-то говорил с ним несколько минут, вероятно, доводя ту неприятную новость, которую нам принес барон Шульгин, и собственный взгляд на новые условия доставки нас к берегам Кованого Альбиона.
Эти минуты, корнет, который, наверное, и был тот самый Абуладзе, поглядывал то на меня, то на баронессу Бондареву. При чем, когда он смотрел на баронессу, в его больших выпуклых глазах появлялся блеск, а крючковатый нос делал корнета похожим на хищную птицу — этакого орла кавказских гор.
— Увы, Александр Петрович, плотно там на подлете к Альбиону, — сказал командир «Ориса», возвращаясь к нам вместе с корнетом. — В этом вопросе Зураб Давидович наш особый специалист, так что к его словам стоит прислушаться.
— Большой риск, господа! Риск величайший! Когда они вводят особый режим для граничных сил, то там все по-серьезному: усиленные патрули плюс в воздух поднимают эскадры первого реагирования. Мы можем рисковать собой, но никак не смеем рисковать такими красивыми женщинами! — браво выпалил корнет. Мне казалось, он сейчас съест глазами штабс-капитана.
— Ваша забота, корнет, приятна, но я на службе. В моей служебной деятельности при принятии решений риски неизбежны. По привычке я делю их в равной степени со всеми членами команды, — холодно отозвалась Бондарева.
— Видите ли, предыдущий полет «Ориса» к Шетландским островам проходил без меня, и я не знаю кое-каких деталей по плотности их локационного поля, — пояснил Тихон Семенович. — Если не вдаваться в подробности, то за последние месяцы на восточном берегу многое изменилось. Есть вариант пойти через Испанию в облет и зайти со стороны Суонси. Одно могу сказать точно, в любом случае мы проскочим заслон благодаря скорости. Их граничные силы, конечно, среагируют, поднимут виманы перехвата, но у нас будет в запасе минут десять — пятнадцать, чего вполне хватит вам на высадку. Назад как-нибудь прорвемся, — Лосев жестом пригласил нас к экрану.
Абуладзе надел на голову управляющий обруч, сосредоточился, закрывая глаза. Медленно проплывающая карта Смоленской губернии тут же сменилась очертаниями Франции и Британских островов. Скоро там обозначились красные пятна из радарных станций.
— Зайдем отсюда, — Тихон Семенович провел пальцем от Бильбао через Бискайский залив. — Там придется много маневрировать между их узлами слежения, потеряем часа три, но до Альбиона должны пройти незамеченными. А дальше….
— А дальше «Орест» попадет в зону высокого риска оружейного поражения, — сказал я, поглядывая на пульсирующие красным пятна. — Тихон Семенович, ведь цесаревич дал распоряжение исключить риски.