— Остаться в живых, попытавшись убить одаренного шестого золотого ранга, при этом обладая рангом третьим серебряным. Официально, конечно. По факту ранг у тебя был повыше, так? — словно не было долгой паузы, продолжила Доминика.
— Так, — не стал я отрицать и даже не соврал.
— Какой, если не секрет?
— Не знаю, — вновь не соврал я. — Может быть, на уровне четвертого золотого, а может быть, и пятого серебряного.
Девочка-ассистент во время этих моих слов смотрела на меня расширившимися глазами. Я ее понимаю: не каждый день увидишь живого одаренного. Пусть и с элиминированным Источником.
— И ты, выжив при покушении на главу клана, чудом избежал казни — после того, как в русской Вольнице началась смута. Не без помощи матери украв часть клановой казны, ты сумел сбежать в Высокий Град, где элиминировал Источник. И для конспирации — чтобы тебя никто не ассоциировал с одаренным — заменил руку на бионическую, после чего сбежал на Занзибар.
И снова я плечами неопределенно пожал. В этот раз, правда, еще и кивнув — признавая возможности собеседницы.
— Итак, Максим… или Драго, как тебе будет угодно, скажи мне, пожалуйста, одну очень важную вещь. Зачем ты здесь?
Я не сразу даже нашелся, что ответить.
— Почему бы и нет? — снова неопределенно пожал я плечами.
Доминика легко улыбнулась. Вновь она не показывала ни недовольства, ни нетерпения. Просто смотрела на меня, ожидая дальнейших комментариев. И заставлять ее дальше ждать было бы неправильно, а первый ответ все же недостаточно широк.
— В Европе мне было душно от мира. Мир ко мне тоже никаких симпатий не испытывал. Почему бы и не Занзибар? Тем более мне пришлось бежать… А если куда-нибудь бежать, то обязательно куда-нибудь прибежишь. Почему бы и не сюда?
Доминика едва заметно улыбнулась, показывая, что поняла намек на цитату Кэрролла.
— Интересный ответ. Интересный взгляд на мир. Хорошо, давай немного по-другому. Ты в первый же день пребывания в протекторате убил главаря самой крупной шайки в клоаке, объявил себя хозяином Полигона, после чего развернул бурную деятельность по созданию благотворительного фонда и открытию центра реабилитации. И, помимо всего прочего, ты наведался в гости к Марко Барбосе, от которого узнал, что оружие для покушения на тебя он продал Лучано Стабене. А между делом унес часть черной кассы моего мужа, о которой я якобы не знала. Унес ведь?
— Впечатляет, — поджав губы, утвердительно кивнул я.
— Меня тоже. У тебя тоже весьма впечатляющая программа, согласись. Это я еще не намекаю на ломбард Барбосы, там все сделано чисто, а обвинять голословно я сейчас никого не буду. Кстати, Барбоса жив? — неожиданно спросила Доминика.