— Да, Эрен? — тут же ответил барон.
Сейчас у нас был перерыв, и пока я не спеша перекусывала хлебом с сыром, барон, потягивая травяной отвар из стакана, просматривал им же сделанные записи. Он постоянно это делал, едва появлялась свободная минута. Искал, где именно деньги перетекали из городской казны в карман господина Легера.
— Можете передать мне ваше перо? Я все же хочу попробовать, — сказала я, отводя взгляд.
За эти дни Виктор Гросс не потерял ни минуты на то, чтобы поправить перо для письма, когда мне приходилось постоянно браться за маленький ножик. Раньше мне казалось, что очинять перо — вполне естественно, что это часть процесса письма, но теперь я в этом сильно сомневалась.
— Конечно, — барон отставил в сторону стакан и, не отрывая взгляда от бумаг, протянул мне свою письменную принадлежность.
Деревянный корпус пера был чуть теплым и в нескольких местах вымазан чернилами, но я даже не обратила на это внимания. Пока мы отдыхали, стоило воспользоваться этой возможностью и чуть попрактиковаться. Что я усвоила за девять жизней, так это то, что всегда стоит учиться чему-то новому, даже если ты считаешь себя в этом деле мастером.
В письме мне не было равных, потому что у меня были десятилетия практики, работа в храмовых скрипториях и архивах. Так я считала до момента, пока не оказалась в этом кабинете.
Виктор Гросс продемонстрировал мне совершенно другой уровень. При этом первые дни он писал немного хуже, чем сейчас — я точно это видела по листам. Цифры стали ровнее, а движения руки мужчины еще более уверенными. Будто бы когда-то он писал много, даже больше моего, но по какой-то причине отложил перо в сторону и взялся за меч. А вот в ходе нашей работы — просто вспомнил свои старые навыки.
Когда перо опять попало ко мне в руки, я внимательно осмотрела его наконечник. Сейчас я обратила внимание, что ранее показавшийся мне острым, кончик железного пера барона был чуть скруглен и как будто бы заполирован.
Я обмакнула перо и попыталась сделать несколько росчерков, но вместо четкой линии на бумаге остался только едва заметный бледный след. Провозившись некоторое время, я все же смогла поймать нужный наклон, но так и не поняла, в чем же удобство этой конструкции по сравнению с обычным гусиным пером, кроме того, что его не нужно очинять.
Как оказалось, барон уже длительное время как отложил в сторону бумаги и сейчас наблюдал за моими попытками совладать с его письменной принадлежностью. После очередной провальной попытки, в ходе которой я просто поцарапала бумагу, не оставив линии, мужчина встал и обошел стол, остановившись прямо у меня за спиной. Меня тут же обдало волной тепла, исходившей от него, а еще обдало запахом мыла и травяного чая, который сейчас выпил Виктор Гросс.