Я знал это, но до сих пор упорно отрицал, что Япония не может являться столь прекрасным местом!
Через обозначенные полминуты ко мне подошёл здоровенный мужчина европейской наружности. Почему именно его ко мне привели — я не знаю. Ведь несмотря на стереотипы о низеньких и хиленьких японцах, таких, что могли смотреть на меня сверху, тут хватало. И тем не менее, пройтись мне было суждено именно с европейцем.
— Прошу, — указала на него Хиери. — Он проведёт вас, Виктор-сан, к директору.
У меня чуть бровь не дёрнулась от её обращения. И виноват в этом никто иной, как мой заклятый друг, который привил во мне антипатию ко всем этим суффиксам. Ну вот не могу я не думать, что это он дёргает за ниточки, когда кто-то обращается ко мне так. Даже если и знаю, что это не так.
— Благодарю, Хиери-тян, — в ответ улыбнулся я ей, вводя её в ещё больший ступор.
Однако же, я уже успел позабыть, каково это — быть неизведанным объектом в центре внимания. И как весело играть на нервах других. Пусть теперь гадает, откуда я мог узнать её имя.
— Что-то не так, Асуна-сан? — посмотрел на неё громила-европеец.
— Н-нет, — с небольшим страхом посмотрела она на меня, отмахиваясь от громилы. — Всё хорошо…
А вежливая улыбка чуть не перешла в оскал. Так она ещё и под ненастоящим именем тут известна? Наверное, этот удар стал для неё гораздо болезненнее, чем я сначала подумал.
— Увидимся, Хие— … то есть, Асуна-тян, — махнул я ей рукой. — И не забывайте про осторожность — под видом дурачка может оказаться кто-то действительно страшный, — моя улыбка стала гораздо шире, глаза засияли, и я попытался сделать лицо максимально жутким. — А я пошёл на встречу с вашим директором.
Зачем я всё это представление устроил? Есть три причины:
Первая, самая банальная, нелогичная и понятная — просто мне нравится подобное. Я всегда любил заставлять людей паниковать, выводить их из состояния комфорта и не давать им чувствовать своё превосходство. Подобная черта характера у меня скорее необходимость, чем прихоть. «Только манипуляциями я могу добиться своего» — это был принцип моего выживания на протяжении многих лет. И чтобы чувствовать себя уверенно, я должен был видеть, что передо мной кто-то, кем я смогу манипулировать.
Вторая причина, как ни странно, тесно связана с первой — манипуляции очень выгодны, и я в них хорош. Конкретно в данном случае мне нужно вывести их из равновесия. Сейчас мне нужно, чтобы мной заинтересовались. В обычной ситуации мне этого никогда не добиться, но вот если я сделаю это так нагло — то это уже совсем другой разговор. Даже если они проверят меня по своим базам данных и не обнаружат во мне ничего примечательного, то они лишь ещё сильнее насторожатся. Ведь как-то в Японии я оказался, их базу нашёл, от их киллера спасся — и веду себя так нагло.