Слова Джоанны напомнили мне о Долине Лордов. Тамошние обитатели не покидали своих гробниц исключительно в силу проведенных ситхами ритуалов. В ином случае, могущественные темные вполне могли вмешиваться в дела живых адептов, а то и захватывать их тела.
Единственным исключением был Вишейт. Впрочем, даже после Нафемского Ритуала, когда Император, фактически, сошел с ума, он умудрялся удерживать в своих руках власть, взяв за глотку Совет Лордов. К этому моменту назвать Тенебри смертным существом уже было сложно. Не здешние чистокровные, превращающиеся в неизвестно во что, но нечто близкое к ним.
В этот момент я задумался о реальной силе Вишейта.
Вспоминая Императора, я пытался соотнести его возможности с тем, что у меня есть сейчас и окружающими магами. Что интересно, но даже если поставить рядом с Императором Дамблдора и Блэка, эта парочка всё равно окажется слабее.
«А что насчёт меня? — пришёл на ум далеко не праздный вопрос, — Насколько сильно изменился я?»
Ежедневные сеансы работы с разумом, которые приходилось устраивать с участием Филча, помогли более-менее привести в порядок те части моей психики, что прежде оставались нетронутыми. Эффект, надо сказать, оказался неожиданным. Улучшилась память, возросла скорость мышления, резко подскочила чувствительность к энергиям… Более того, даже удалось восстановить часть «забытых» знаний, оказавшихся попросту заблокированными неким неизвестным мне темным адептом.
Что занятно, но чем дальше Аргус разбирался с хитросплетениями чужих вмешательств в мой разум, тем больше появлялось вопросов. Часть из них касались уже не Вишейта или Поттеров.
Дамблдор.
Нет, этот человек не кодировал меня на смерть, не пытался превратить в раба… Во всяком случае, явно. Но вот семейство Уизли, его верные слуги, а так же Снейп, этакий ручной менталист и алхимик, постарались на славу. По всей видимости, бывший директор Хогвартса не любил марать свои руки, отправляя с «грязными поручениями» тех, кого не жалко. Однако, опять же, все внедрения, совершенные Уизли и Снейпом, были весьма странными и не касались Дамблдора. Зато они затрагивали логику, мышление, восприятие, чувства и эмоции. Да и сделаны были ещё в годы, предшествовавшие моему зачислению в Хогвартс.
Вот с «творчеством» Вишейта всё оказалось до крайности проблемно. Аргус, каждый раз начиная работать с моей психикой, переходил на мат. Уж очень изощренными и хорошо запрятанными были внедренные Императором структуры. Зато, после таких сеансов получалось восстановить не просто фрагменты памяти или избавиться от очередных установленных Тенебри блоков… Нет. Я получал утраченные некогда части себя самого.