Именно этот неожиданный ответ и заставил девочку задуматься.
Никогда прежде она не мыслила в подобном ключе… До того, как следователь Уильямс не начал задавать свои кажущиеся безобидными вопросы. Именно они заставили Гермиону сравнить школьные тренировки с Дином, Симусом и Гарри с произошедшей схваткой и собственными действиями.
— Он знал? — прошептала девочка, — Или предполагал?
На ум пришло воспоминание о тролле, что едва не убил её в Хогвартсе. Затем всплыли картины драк с Уизли. Эти образы резко сменились воспоминаниями о том, как заклятие Bleez, выпущенное Гермионой, проломило едва державшийся щит двойника Драко и превратило его живот в кровавое месиво.
Что удивительно, но Гермиону даже не тошнило. Собственное спокойстве поражало и пугало школьницу, заставляя задумываться о вмешательстве в разум.
— Он понял, что волшебники очень опасны, — пробормотала девочка, отворачиваясь от окна, — И начал готовиться… К чему?
Почему-то, ей совершенно не верилось, что всё дело в страхе перед волшебниками. Поттер всегда выглядел уверенным, а его взгляд оставался спокойным и холодным. Да и странная целеустремленность в изучении магической юриспруденции и взаимосвязанных направлений магии… Будто, он знал что ему нужно и пытался это найти.
— Если ты знал, Гарри, и не предупредил, то я тебя убью, — прошептала Гермиона.
В который раз за эти недели, внутри девочки поднялась злоба — на себя, на своё бессилие, на Поттера, что не пожелал поделиться с ней знаниями, на Дина и Симуса, что, как и Гарри, ни разу ей не позвонили… Тугой черный комок гнева в её сердце получил очередную порцию еды, становясь всё больше.
Последний штрих
Открыв глаза, я огляделся, пытаясь осознать где нахожусь.
Шесть суток жестких тренировок, во время которых в меня вбивались нужные навыки и разъяснялись основы магического боя как в режиме один на один, так и в составе группы против одного или нескольких противников, а затем и вовсе одного против группы. Последнее, ожидаемо, было самым тяжелым и сложным.
Можно сказать, мне приходилось учиться воевать практически с нуля, примерив на себя роль зеленого новичка. Ну или сопливого юнглинга, если рассуждать с позиции джедаев.
Привычки и навыки прошлой жизни требовали близкого контакта и рукопашного боя, но стоило мне начать действовать подобным образом, как бой заканчивался моим выбыванием. Подобная тактика имела смысл, как оказалось, только в условиях замкнутого пространства или же в тех случаях, когда враг ограничен некими факторами, препятствующими применению Corpus praesidio, физического щита, или его аналогов. Как мне разъяснили инструктора «Гренадеров», такие защиты не только прожорливы, но и создают сильные энергетические возмущения, мгновенно регистрирующиеся министерскими артефактными сетями контроля и наблюдения. Из-за этого их используют редко, но если уж дело дошло до серьёзной схватки, когда заклинания попросту кишат в воздухе, то и про них не забывают — на случай отправленных в полет телекинезом предметов или обломков окружающей обстановки, разогнанных ударными волнами взрывов или использования маглов-стрелков, находящихся под чьим-то контролем.