Дитрих наблюдал за разгрузкой из окна резиденции градоначальника Веднеса, любезно предоставившего комнаты для свиты советника короля. Сам господин Нильсен сейчас находился непосредственно в порту, лично контролируя разгрузку товара, за который почти весь город мог ответить головами.
— Впечатляюще, не правда ли? — Ингемар как всегда подошел бесшумно. — Такое великолепие… Торжество разума и силы в одном изобретении.
Сползая на пирс, новомодные цистерны или, как их правильно было называть, танки, двигались в предназначенные для них ангары, где и будут ждать своего часа.
— Как твои успехи с изобретением герцога Рейса? — советник легко сменил тему, но не интонацию. Он обладал удивительной способностью даже о самых сложных делах говорить мягким, ласковым тоном, обманывающим многих, кто видел его впервые.
Когда-то Дитрих тоже им обманулся, подумав, что заговоривший с ним человек, добр.
— Есть результаты. Кажется, я понял, как герцог стабилизирует тьму в одном состоянии. Последний эксперимент оказался удачным.
— Замечательно. Хорошая новость.
Ингемар светло улыбнулся, разом становясь моложе. Высокий, сухощавый, с темными волосами, тронутыми сединой, он не производил серьезного впечатления. Обычный, немолодой мужчина в возрасте за пятьдесят. Однако он являлся единственным не военным, к кому король Харольд прислушивался. А порой и в самом деле спрашивал совета.
Дитрих отвернулся от окна и отошел к ближе к печке. Он всю свою жизнь провел во Фреденсберге, но так и не смог относиться к холоду как к данности. Чтобы стать северянином, нужно родиться со льдом в крови и огнем в сердце, так здесь говорили. Ему же, по словам покровителя, льда явно не хватало.
— Есть еще одно приятное известие, — советник тоже отвлекся от созерцания, подошел к сервированному расторопными слугами столику и наполнил бокал глинтвейном. По небольшой гостиной поплыли ароматы гвоздики, корицы и винограда. — Нашему союзнику в Ференции удалось блокировать парламент. Скоро он будет утвержден как глава правительства. Выпьешь со мной?
— Конечно, — Дитрих взял протянутый бокал, ощущая приятное тепло. Сам Ингемар предпочитал крепкий аквавит, который и налил себе. К запаху пряностей и вина добавился аромат тмина. Пил советник крайне редко, но сегодняшний день явно добавил ему радости.
— Пусть и другие наши планы будут столь же успешны!
Короткий звон бокалов ознаменовал торжественность момента. Дитрих с наслаждением глотнул теплый, пряный напиток, ощущая, как по телу разбегается застоявшаяся кровь.
Все утро он работал в подвале, выделенном ему для экспериментов. Помещение не отапливалось, и мужчина заметно продрог. Однако результат того стоил.