Плечи незнакомки затряслись, она тяжело задышала, будто никак не могла вздохнуть. Рот безмолвно распахнулся…
— Нет-нет, все хорошо! — Клара сама не заметила, как оказалась рядом. — Все хорошо! Не переживайте! Вы просто устали. И малышка устала. Утром вы отдохнете, и все станет намного лучше. Вот увидите!
Малышка оказалась на одном плече, а в другое уткнулась ее мать. Спина ее вздрагивала под рукой, но слез не было. Только сухие рыдания.
— Тише-тише, все будет хорошо. Все наладится.
И повторяя снова и снова успокаивающие слова, фройляйн Гессен вдруг задумалась, кому в этом доме на самом деле нужна была няня.
— Все будет хорошо…
О супружестве…
Ивон нашлась в будуаре, оформленном в прохладных оттенках мяты. Здесь она обычно пряталась от посетителей, чтобы отдохнуть и побыть в тишине. Окна комнаты выходили в сад, сейчас еще по-весеннему неприглядный, не очнувшись от зимнего сна и не привлекающий гостей — гнездо дроздов все еще оставалось пустым. Эта зима была слишком долгой и никак не хотела уходить…
Кристиан вошел без стука, как всегда стремительно пересек комнату и замер за спиной жены. Ивон сидела в низком кресле за столиком, на котором раскладывала и снова складывала тонкую младенческую рубашечку нежно-золотистого оттенка. Судя по заломам на ткани — отнюдь не новую.
Тема разговора сразу выскользнула из головы. Зато вспомнилась застывшая, изломанная фигура с посеревшим лицом и отчаянно искусанными губами.
— Я думал, что приказал сжечь их все…
— Приказал, — легко подтвердила герцогиня, аккуратно поглаживая ткань. — Но эту я хранила в гардеробной, а не в детской. Доставала украдкой по вечерам. Представляла, как буду одевать малыша… Я знала, что тебе нужен наследник, но хотела девочку…
По интонации он поняла, что Ивон улыбается, и невольно усмехнулся сам, представляя, какой стала бы детская, если бы в ней появилась маленькая маркиза.
Чудесные платья, сотни кукол, обязательный домик с мебелью, карета с упряжкой, а позже — рояль или скрипка, учитель пения или рисования. Это была бы возможно самая избалованная фройляйн во всей Империи. Но самая любимая.
— Вчера я ходила по магазинам… В центре открыли новый… Там оказался большой отдел с игрушками. Я увидела карусель для детской кроватки. С серебряными колокольчиками и бабочками. Если я куплю ее и отправлю в подарок, она примет? Как ты думаешь?
Ей снова требовалось одобрение. Если бы кто-то из их окружения увидел ее сейчас, он сильно удивился бы тому, как неуверенна бывает Великая герцогиня. Но Кристиан знал ее именно такой: наивной и испуганной девочкой, что пошла с ним к алтарю.