— Не слишком?
Доклад Великий герцог по долгу службы изучил, как и руководители других ведомств, однако сухие слова — не то, что личное восприятие. У Берти имелся опыт, который позволял ему видеть и понимать куда больше, чем он излагал в бумагах. Домыслы и интуицию к делу не пришьешь. Только факты. А их порой не хватало.
— Сложно сказать, — Хартман отложил панцирь в сторону, по-простому облизал пальцы и налил себе еще пива из кувшина. — Альбион всегда был тихим. Работают что-то там, копошатся, рожи невозмутимые, сразу и не поймешь, что у них внутри. Я-то привык, завел знакомства. Но сам понимаешь, чужаку много не доверят.
Он сделал большой глоток и с наслаждением прикрыл глаза.
— Вот теперь чувствую, что дома. Альбионцы все свой эль нахваливают, но с нашим пивом не сравнится.
Кристиан согласно кивнул и тоже взялся за еду, предпочтя гренки. Пальцы от них приобретали масленный блеск, а чесночный запах привязывался надолго, но на завтра у него не планировалось никаких важных встреч — можно позволить себе немного расслабиться.
— Так что скажешь? Не замышляют наши заморские друзья?
— Напрямую Альбион не воюет. Не в их интересах. Людей мало. Территория небольшая. Корабли есть, но большой флот они не потянут. Поэтому и торгуют. Но это ты и без меня знаешь, братишка. Что не так?
Великий герцог устроился удобнее и принялся вдумчиво вытирать пальцы салфеткой.
— Торговые корабли Альбиона видели у берегов Фреденсберга. Не там, где они обычно оставляют груз.
— Сведенья надежные? — Берти понятливо прищурился и взялся за второго рака.
— Достаточно. Я бы сказал, получили мы их случайно, но… Весьма своевременно.
И стоит поблагодарить сеньору Торрадо за проявленную бдительность, как и ее брата, придавшего нужное значение услышанным слухам.
— Думаешь, оружие?
— Альбион многое разработал за последние годы. Ты сам доставал их чертежи. Апии они продавать не станут — старые счеты. А вот Фреденсберг их естественный союзник. Могут и поддержать.
— Чертежи, которые я привозил, уже устарели. Новые достать сложнее, мой контакт среди изобретателей умер, а его приемник — скрытная сволочь. Крепкий орешек. На кривой кобыле не подъедешь.
— В любом случае на их разработки нам есть, чем ответить. Одна из идей Герхарда оказалась крайне своевременной, ее как раз сейчас доводят до ума.
И довели бы быстрее, если бы племянник сам принял участие в работе, но он изволил скорбеть и возиться с секретарем. Ивон просила его не трогать, что неожиданно поддержал Георг, но дальше так продолжаться не могло. Герхард забросил даже свой завод, что и вовсе было неслыханно. Напрашивалась необходимость визита и обстоятельного разговора, который заранее Кристиану не нравился.