Полгода. Полгода она жила у него. Подстраивалась. Улыбалась его друзьям. Терпела их тупые шуточки.
И вот так просто — высадить на дороге?
На остановке было пусто. Юля села на холодную скамейку, крепче прижимая к себе сумочку.
А если он и правда не позвонит?
Вот и всё твоё «счастье», Юля, — язвительно подумала она. — Красивая упаковка, а внутри — пусто.
Этого ли ты добивалась, когда два года назад приехала в мегаполис из своего захолустья, переделывала себя из провинциальной простушки в стильную, столичную штучку. Посещала курсы сценической речи и актерского мастерства…Танька была права… Что сказка закончится, если перегнуть палку. И я… Перегнула. Дура. Дура и есть.
Юля поднялась со скамейки, попрыгала на месте, согреваясь.
Вечерело.
Загородное шоссе тянулось пустой и тёмной лентой упираясь в горизонт. Вокруг ни души. Лес. Недалеко от остановки поворот с указателем Карповка 2,5 км.
Юля поёжилась, переступая с ноги на ногу, и в который раз бросила взгляд вдаль.
Где этот чёртов автобус?..
Наконец из-за поворота показались тусклые фары. Юля выпрямилась, подняла руку, потом замахала обеими, едва не подпрыгивая на месте.
— Ну же… Ну остановись… — прошептала она.
Автобус медленно проехал мимо, и у Юли сжалось сердце. Но через несколько метров он всё-таки замедлил ход, скрипнул тормозами и остановился.
Двери раскрылись неохотно.
— Девушка! — раздражённо крикнул водитель. — Мест нет. Полный салон.
Юля подошла ближе, заглянула внутрь и почти умоляюще сказала:
— Я постою. Мне недалеко. Пожалуйста.
Водитель окинул её взглядом — яркая шубка, ухоженные волосы, блеск в глазах.
— Ну… заходи. Только быстро.
Юля благодарно кивнула и поднялась по ступенькам.
И тут её накрыло странное чувство.
В салоне было тепло, но как будто душно. Люди сидели молча, тесно прижавшись друг к другу. Серые, выцветшие куртки, тёмные пальто, одинаково усталые, какие-то обречённые лица. Глаза — пустые, потухшие. Рты — сжаты в тонкую скорбную линию.
Господи…
Юля замерла на секунду.
Я будто попала не туда.
Она резко выделялась — яркая, живая, словно бабочка, случайно залетевшая в коробку с гусеницами. Несколько пассажиров подняли головы. Кто-то смотрел с любопытством, кто-то — с раздражением, кто-то — без всякого интереса.
Никто не встал. Никто не предложил место.
Автобус дёрнулся и поехал.
Юля ухватилась за поручень, чувствуя, как постепенно оттаивает от холода. Сердце всё ещё билось неровно.
Ладно. Плевать. Сейчас позвоню Таньке. Всё расскажу. Посмеёмся потом…
Она полезла в сумочку, достала телефон и нахмурилась. Экран был чёрным.