Мы с Хуошаном брели среди завалов, выкликивая друзей. В ответ свистел ветер, гоняя листья, мелкие ветки и пыль, да осуждающе смотрело подернутое серой пеленой небо. Я поежился от безотчетного гнетущего чувства, засевшего в груди.
— Сзади! — гаркнул Хуошан, выдернув меня из задумчивости.
Я рефлекторно ушел перекатом вбок. Вовремя. Там, где я только что стоял, извивался комок лоз. Кляня себя за потерю бдительности, я обвел взглядом поваленные неподалеку деревья и кустарники, пытаясь понять, откуда прилетело заклинание.
Из зарослей выступили трое. Чернявые, в салатовых ханьфу, с колючими самоуверенными взглядами. Заклинатель в центре, тощий и скользкий, растянул губы в кривой злорадной ухмылке.
— Кто здесь у нас? — вкрадчиво прошипел он. — Двое оборванцев из Шипа, копошащихся в грудах мусора. Что вы там искали, убогие?
Начали с разговоров — это хорошо. Значит, тянут время, прощупывая нас с Хуошаном, и, возможно, ждут подмоги. Значит, не так уверены в собственных силах, несмотря на численное преимущество. Используем заминку себе на пользу.
— Ты что-то вякнул, лягушонок? — Хуошан никогда не лез за словом в карман. — Повтори-ка, я тугой на одно ухо.
Предводитель троицы аж побагровел от возмущения. Молодец Хуошан, сам того не ведая, сыграл нам на руку. Пока противники придумывали словесный ответ, я готовил печать «Смертоносного дождя», собираясь накрыть ливнем стрел всех троих разом.
— Эй, ты, смотри не лопни от натуги, — не унимался Хуошан, и вот это было уже лишним.
Тощий зашипел по-гадючьи и метнул в моего друга клубок копошащихся лоз. Двое его соратников начали медленно обходить нас, беря в кольцо. План упреждающего удара с треском провалился. «Дождь» стал бесполезен.
Я отскочил назад, чтобы держать в поле зрения всю троицу, мельком бросил взгляд на Хуошана: тот с легкостью отбил выпад противника и теперь стоял с торжествующей улыбкой на губах. «Осел, ты не на состязаниях!», — хотелось крикнуть ему, но вместо этого ограничился кратким:
— Твой справа!
Заслон из терновника отрезал Хуошана и его противника от остальных. Уверен, Быкоголовый без труда разберется, мне же следовало заняться двумя оставшимися врагами.
Тощий крысюк, судя по всему, был слабым заклинателем и хорохорился только потому, что его прикрывали товарищи. Второй пока себя не проявил, но его кошачьи движения и острый взгляд, подсказывали, что он гораздо опаснее напарника. Значит, первым нужно убрать крысюка, чтобы не мешался под ногами.
Отгоняя подальше, я бросил в противника слева россыпью колючек, а сам призвал «Клетку». Шипы вцепились в крысюка — тот даже пикнуть не успел. Воздух разрезал истошный крик.